"Песах Амнуэль. Преодоление (= Космические пиастры)" - читать интересную книгу автора


П.АМНУЭЛЬ

ПРЕОДОЛЕНИЕ




1

Полет на Полюс был для меня мучением. Обычно я хожу пешком, в крайнем
случае езжу на автомобиле. Но уже простой, как азбука, пассажирский
махолет вызывает у меня приступ своеобразной аллергии, и я отказываюсь от
деловых встреч, стараюсь договариваться по стерео. Для полета на Полюс мне
пришлось собрать всю свою решимость - раньше я никогда не покидал Землю!
Союз писателей предложил мне участвовать, в конференции по межзвездной
связи и написать книгу "Фантастика и реальность космоса". Это было
признанием, которого я так долго добивался. Отказаться я не мог - пришлось
лететь.
"Новатор" больше напоминал океанский лайнер, чем межпланетный
корабль: просторные каюты, холлы, библиотека, бассейн... Не особенно
напрягая воображение, я мог представить, что плыву из Одессы в Керчь -
небольшое каботажное плавание. Единственной настоящей неприятностью, о
которой я стирался заранее не думать, был перелет к астероиду на
орбитальном челноке. Страх свой я отгонял, представляя, как выйду из
челнока в пиджаке нараспашку, и легкий ветерок из шахт регенерации
взлохматит волосы.
На деле все получилось иначе. Когда челнок отошел от "Новатора" и
планетолет исчез среди звезд, что-то вдруг ослепительно сверкнуло на
поверхности Полюса. Я не придал этому значения, мало ли какой эксперимент
ведут сейчас ученые на астероиде! Спросить было не у кого - на посадку
меня вел автомат. Лишь потом я понял, что произошла авария: в порту Полюса
меня встретили все те же автоматы, а в шлюзовой шахте назойливо вспыхивали
транспаранты: "Внимание! Полная разгерметизация!" Пришлось влезть в
скафандр, и я проделал эту операцию в такой панике, что был уверен:
наверняка сделал что-нибудь неправильно. Если бы я мог, я бы вернулся на
"Новатор"!
Портовая площадь была описана в проспектах как "зеленый сквер,
напоенный запахами растений с восьми планет Солнечной и других систем".
Возможно, так и было несколько часов назад, сейчас в космической пустоте
трава и цветы выглядели серыми и хрупкими. Пустынной площадью - ни людей,
ни роботов - я доковылял до гостиницы, одноэтажного коттеджа, холл
которого, лишенный воздуха, как и все вокруг, был обставлен мебелью в
старинном стиле - обивка диванов покорежилась, а легкие стулья лежали,
опрокинутые воздушной волной. Я подумал, что если воздуха нет и в жилых
комнатах, спать в скафандре будет не совсем удобно. Я записал прибытие у
автомата-портье и спустился лифтом на свой семнадцатый этаж. Здесь был
воздух и горели совсем иные транспаранты: "Поставьте скафандр в нишу",
"Ваша комната направо", "Приятного отдыха!" Я рассовал по шкафчикам свой
небольшой багаж и, переодевшись в домашнее, будто сбросив с себя память о