"Кирилл Алейников. Познавший Кровь ("Свет и Тьма" #1) " - читать интересную книгу автора

реалия "сколько людей, столько и мнений" добавляет солидную часть хаоса и
анархии. И всё это, по-моему, как нельзя лучше отображено в современной
танцевальной музыке, но не той, какую с фанатичным упорством крутят
форматные радиостанции. Нет, такая музыка бездарна и безэмоциональна, она
лишена и смысла, и долгой жизни. Настоящая музыка двадцать первого века
звучит в ночных клубах, на рэйв-вечеринках, в салонах спортивных автомобилей
и в плеерах настоящих ценителей.
О, двадцать первый век, думал я, когда окунулся в море беснующихся
человеческих тел. О, двадцать первый век, ты лучший из веков! А мир, в
котором нам суждено скоротать время от рождения до смерти - лучший, пожалуй,
из миров.


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ:
ОНИ СРЕДИ НАС

ГЛАВА I

Ты откроешь глаза,
Ты увидишь нас
И станешь таким
Уже через час...
С. Галанин и Михей


Я открыл глаза, и тут же свет от окна заставил меня поморщиться и вновь
их закрыть. Черт, неужто солнце взорвалось, превратилось в большого красного
гиганта и теперь закрывает собой все небо? Разогнав цветные круги,
метающиеся в сумрачном пространстве, я снова попытался открыть глаза, но на
этот раз - осторожно. Когда я приподнял голову, то обнаружил, что едва ли
доживу до конца текущей минуты, потому что голова загудела как тысяча
тепловозов, а под черепом возникло давление, на порядок превышающее то, что
образуется под металлической оболочкой ядерной бомбы в момент взрыва.
Честно говоря, я даже испугался своего состояния. Конечно, похмелье
бывает разным, и сила и глубина похмелья, как правило, прямо пропорциональны
веселью, испытанному накануне. Однако в таком случае я вчера был на
вечеринке как минимум по поводу конца света. Или, быть может, Господь
спустился с облаков и заявил, что прощает всему роду человеческому грехи и
приглашает в рай? Ту еще пьянку должно было устроить ненаглядное
человечество...
Я испустил тяжкий стон и отбросил всякие мысли о вчерашнем, потому что
думать было по-настоящему больно. Я приложил все силы, чтобы оторваться от
подушки и сесть на диване. Если раньше я и болел с похмелья от
недоброкачественной водки, крепкого пива или необдуманного смешивания разных
видов и сортов спиртного, то нынешнее мое состояние больше напоминало
предсмертные муки приговоренного к казни преступника в газовой камере. Я
даже огляделся в стремлении убедиться, что нахожусь дома, а не в месте
проведения казни.
Я потер лицо ладонями, снова простонал, и попытался встать на ноги.
Почему-то я не особенно удивился, когда ноги подкосились. В момент падения