"Олдисс Брайан.Галактики как песчинки (# гл. 8)" - читать интересную книгу автора

людей могло быть изменено достаточно быстро с незначительными затратами
сил. Но в основе этих побуждений лежали факторы, которые вряд ли
достаточно понимались в правительственных особняках Пекина, Лондона, Каира
или Вашингтона - факторы, источник которых крылся в длительном и диком
прошлом расы; факторы инстинктивные и демонстрирующие полную бесполезность
инстинктов, факторы страха, вожделения и пробуждающейся совести; факторы
неотделимые от юности вида, маячащие позади всех жертв рода человеческого
подобно непреодолимым горным хребтам.
И люди начинали сражаться друг с другом, вместо того, чтобы бороться
с самим собой. Наиболее храбрые стремились избегнуть потоков ненависти,
вырвавшись наружу, к ближайшим планетам Солнечной Системы, малодушные всю
свою жизнь проводили в забвении в обширнейших ульях, именуемых мечтаниями,
где красоты выдуманного мира могли в какой-то степени нейтрализовывать
разрушительные последствия войны. Но ни один из путей не предоставлял
реального убежища, когда начинается землетрясение, рушатся и дворцы и
хижины...
Знаменательно, что первый эпизод начинается с человека, беспомощно
сидящего в кресле, в то время как вокруг рвутся бомбы.



ВНЕ ДОСЯГАЕМОСТИ

Директор Мечтария-Пять выскользнул из своего кресла перед молчащим
контрольным пультом; проблема Флойда Мильтона вызывала в нем непреодолимую
тревогу. Серия сильных и частых взрывов на поверхности давала знать, что
вражеская атака еще продолжается, это вряд ли способствовало спокойствию
директора. И хотя он мог считать себя в полной безопасности, находясь в
подземельи, и спокойно изучать мечты Флойда Мильтона, другие соображения
заставили его воспользоваться лифтом и спуститься в неприветливые глубины
Мечтания-Пять.
Он видел лицо Мильтона в тот день, когда вступил в должность, тогда
Мильтон был подобен смерти.
На этажах спящих стояла та же сырость, что и обычно, они насквозь
пропахли спиртом, применяемым роботами при массаже.
- Вот слизняки! - громко произнес Директор в сторону длинных рядов
спящих.
Они лежали неподвижно, упрятав головы в шлемы обратной связи. Порой
спящих заставляли скорчиться, до такой степени, что колени подтягивались к
плечам, а ягодицы зависали в воздухе, и тут же обтянутые резиной
механические приспособления начинали бить и мять их. Потом спящих вновь
вытягивали и начинали массаж грудной клетки, осторожно обходя спускающиеся
с потолка питающие трубки, подключенные к венам.
Несмотря на их умственное состояние, спящие поддерживались в хорошей
физической форме, и все это время они прибывали в прострации, погруженные
в мир своих смутных мечтаний.
- Слизняки! - неприязненно повторил Директор.
Вряд ли можно было бы отыскать человека, который бы любил спящих,
находящихся на его попечении, ему, в одиночестве несущему дежурство в
огромных, автоматизированных помещениях мечтания, было слишком легко