"Татьяна Ахтман. Жизнь и приключения провинциальной души " - читать интересную книгу автора

слышал - все были заняты собой: своими диетами и распродажами, и не обращали
внимания на десяток инфинитивов, произносимых страстно и невнятно, словно в
бреду...

Зинаида была из профкома Заэнска или даже Подзаэнска, что в смысле
профкома было ещё лучше. Она заматерела на своём поприще и Израиль "имела в
виду". Поэтому по приезде подсуетилась взять все ссуды, а их было не мало
вместе с бабушкиными, и скупилась на полную катушку. В подробности ссуд они
с мужем не врубились, так как муж тоже был из профкома. Когда долги
превысили банковский минус, супруги решили извести бабушек, потому что
слышали, что и бабушкины долги хоронятся здесь бесплатно. Только было
приступили с профессиональным размахом, как новый слух, мол, это относится
только к молодым бабушкам до пятидесяти лет - вроде самой Зинки. Супруги
тормознули насчет бабушек, приносящих, как выяснилось, чистый доход в виде
пенсий, и, стараясь не брать в голову, что было привычней всего, разбрелись
по Кавам.

Не иначе, как сам Кав вселился в Зинку. Видно, вся её не растраченная
на бабушек энергия явилась рабочим энтузиазмом. Казалось, у неё четыре руки
и все вращаются, как лопасти вечного двигателя, и растёт гора готовых
деталей, с которыми не справляются сокавники, и Зинка вначале шипит на них
тихо, а затем всё громче и яростней. На "русское чудо" пришел посмотреть
Хозяин. Действительно, измождённая старуха в яркой вечерней косметике, в
невиданном темпе расправляется с деталями и тычет ими, матерясь, в
отстающих. Зинку похвалили, назначили Лучшим по Каву, и она испытала
знакомый по профкомовской молодости восторг власти и острое желание поймать
и поцеловать дарящую счастье руку. Денег, правда, не прибавили, но Зинка уже
слышала медные трубы. Хмель избранности закружил Зинаиду - она делала
карьеру. Ей охотно давали дополнительные часы, оплачиваемые на два шекеля
больше, а по ночам - на целых четыре. Через три месяца Зинаида отдала Каву
душу - с глухим стуком упала прямо на рабочий стол... Не стало Зинаиды, но
её дело - новый порядок Кава - живёт и побеждает!

Фрида родилась и прожила всю жизнь в Прибалтике, работая там в
статистике - сказочном мире, наподобие балета "Лебединое озеро" - красивом
и, казалось, вечном. Родилась она в конце сороковых, перевалив за черту,
делящую жителей на коренных и пристёгнутых. Таким образом, милая еврейская
семья, могущая украсить собой любую европейскую столицу, оказалась вне
закона на родине, как выяснилось, не своих предков. Законопослушные
незаконные собрали чемоданы и, чтобы больше не промахнуться, уехали на свою
историческую родину, предоставив прибалтийским отцам свободно объедаться
кислым виноградом.

Огромный ангар в пустыне. На перекрёстке дорог, через который проходит
развозка, среди стрелок - указателей есть название "Содом" - библейский
город грешников, ставший теперь такой же реальностью, что и колючая
проволока вокруг барака, где работает теперь Фрида, как и кроссовки
хохочущей негр-девицы, громыхнувшие на обеденный стол рядом с Фридиным
стаканом чая. Фрида отодвигает стакан, её лицо невозмутимо приветливо, в
глазах, обращённых на пустыню за колючей проволокой, отражение готики.