"Елизавета Абаринова-Кожухова. Царь мышей ("Холм демонов" #3)" - читать интересную книгу автора

Но не помогло и сие крайнее средство: Анна Сергеевна спокойно вышла на
берег и обернулась в сторону Петровича, все еще стоявшего на мостках:
А, Петрович, ты уже здесь? Это даже к лучшему...
Не подходи ко мне! отчаянно завизжал Грозный Атаман, пятясь задом по
мосткам. А Анна Сергеевна спокойно надвигалась на него. Ее тело, покрытое
капельками воды, источало прохладу тихого летнего вечера.
Нет! Нет! Только не это! задребезжал Петрович, позабыв даже о своем
последнем доводе ржавых ножах под лохмотьями. Все, что угодно, только не
это! Не надооо!...
Надо, Петрович, надо, похотливо проурчала госпожа Глухарева и, протянув
руку, с силой рванула на нем рубаху. Ножи со стуком упали на доски...


x x x


Дормидонту и Серапионычу было о чем поговорить и о чем вспомнить, хотя,
в сущности, их знакомство длилось всего несколько дней прошлого лета. Но эти
несколько дней в самом прямом смысле перевернули всю жизнь Дормидонта.
Тогда Владлен Серапионыч был призван в ЦарьГород для выведения Государя
из глубокого запоя. В других случаях на пьянство главы государства никто бы
и не обратил особого внимания, но обстоятельства сложились так, что на
столицу шли полчища вурдалаков, а в самом ЦарьГороде почти открыто зрел
предательский заговор, поэтому запой Государя лишь усугублял обстановку,
угрожающую самому существованию Кислоярского царства.
И доктор как нельзя лучше справился с возложенным на него ответственным
заданием в какието три дня он пробудил Дормидонта от беспробудного пьянства,
и царь, преодолев сопротивление изменников, возглавил борьбу с захватчиками
и довел ее до победы. Справедливости ради следует отметить, что свою лепту в
сие благое дело также внесли многие другие и Дубов, сорвавший заговор в
Новой Мангазее, и заключенный ныне в темницу боярин Андрей, который с
помощью царевны Татьяны Дормидонтовны сумел вдохновить войска на
справедливую войну, и майор Селезень, проводивший диверсии в тылу
противника, и... Впрочем, если бы мы стали перечислять всех, то далеко
уклонились бы от нашего повествования. Посему отошлем уважаемого читателя к
книге "Холм демонов", а точнее к ее третьей части "Золотая лягушка".
Теперь же заметим, что Серапионыча весть о добровольной отставке царя
Дормидонта изумила не менее, а может, и более, чем его спутников. Узнав и
поняв сущность Дормидонта, доктор не мог представить, чтобы такой человек
мог совершить то, что он совершил: в здравом уме и твердой памяти отказаться
от своих обязанностей.
И если утром Надя пожурналистски немного прямолинейно допытывалась у
Дормидонта о причинах его ухода, то доктор делал это осторожно, исподволь, в
неспешной беседе, расспрашивая как бы о чемто совсем другом о здоровье, о
дочке Танюшке и зяте Рыжем, о том, какие ягоды и грибы водятся в здешних
лесах и какие рыбы в пруду.
Уставать я, понимаешь, стал в последнее время, говорил царь, отхлебывая
чаек прямо из глубокого блюдца с позлащенной каемочкой. Вроде и не делаю
ничего, а утомляюсь, будто целый день трудами занят! Может, старость
подходит?