"Кэндес Бушнелл. Пятая авеню, дом один" - читать интересную книгу автора

Кэндес Бушнелл

Пятая авеню, дом один

(пер. Аркадий Кабалкин)

Посвящается Хизер Шредер


Пролог

Это была только роль в телесериале и только "двушка" в НьюЙорке, но
даже гораздо менее лакомые кусочки достаются с большим трудом, и даже в
ЛосАнджелесе люди знают цену piedаterre [1] на Манхэттене. А сценарий пришел
в тот же день, что и бумаги о разводе.
Снимающий режиссер заклеймил бы такое совпадение как притянутое за уши
и неправдоподобное, но Шиффер Даймонд обожала мистические стечения
обстоятельств и знаки судьбы. Ей нравилось верить в детскую сказку, что все
на свете происходит не без причин: карьеру киноактрисы она начала в ранней
юности, и сказки, можно сказать, были ее хлебом. Шиффер Даймонд согласилась
на роль, ради которой требовалось на полгода перебраться в НьюЙорк, где у
нее, как мы уже сказали, была "двушка" на Пятой авеню. Сначала Шиффер
планировала пробыть там до окончания съемок и вернуться в собственный дом в
ЛосФелисе, но через два дня после того, как дала согласие на роль, в "Айви"
она наткнулась на своего бывшего мужа, обедавшего с молодой женщиной.
Экссупруг Шиффер сидел за столиком в центре зала, упиваясь своим новым
статусом руководителя сетевой корпорации, а к его спутнице официанты
относились столь предупредительно, что сомнений не оставалось - это и есть
его новая пассия. Про девицу говорили, что она концертирующая пианистка из
знаменитой семьи, однако у нее был лощеный вид дорогой проститутки.
Очередная банальнейшая связь. Впрочем, за двадцать пять лет пребывания в
Голливуде Шиффер усвоила, что мужчины ничуть не возражают против стандартных
джентльменских наборов, особенно в том, что имеет отношение к пенису. Именно
в момент, когда отдала парковочный талон служащему "Айви", стоя в темных
очках в ожидании машины, Шиффер Даймонд решила продать дом в ЛосФелисе,
забыть ЛосАнджелес и переселиться в свою "двушку" на Пятой авеню.

- Шиффер Даймонд будет играть в телесериале, - сказала Инид Мерль
своему племяннику Филиппу Окленду.
- Значит, совсем отчаялась, бедняжка, - с наигранным трагизмом вздохнул
Филипп.
В доме номер один на Пятой авеню тетушка и племянник занимали две
лучшие (после люксового триплекса [2] наверху) квартиры на тринадцатом
этаже, со смежными балконами, разделенными прелестной белой решеткой. Именно
через эту решетку Инид сейчас и разговаривала с Филиппом.
- Роль, судя по всему, очень хорошая, - возразила Инид, сверившись с
листком, который держала в руке. - Она будет играть настоятельницу
монастыря, которая оставляет церковь, чтобы стать главным редактором журнала
для подростков.
- Поразительно правдоподобный сюжет, - сказал Филипп с сарказмом, с