"Семен Михайлович Бытовой. Багульник (Дальневосточные повести) " - читать интересную книгу автора

морской прилив. На восточном горизонте, где скопились небольшие редкие
облака, появляется ранняя утренняя заря. Кажется, что ветер с горных
вершин не дает ей быстро подняться, и, потухая, она через минуту-другую
вспыхивает вновь, пока не остается на тихом, чуть притемненном небе.
В Дату из Усть-Орочской, где я застрял из-за непогоды, можно было
попасть без лишних хлопот за каких-нибудь два-три часа поездом, а мне, из
вечного желания побольше увидеть, захотелось плыть туда вниз по течению
Турнина, вдоль живописных отрогов Сихотэ-Алиня, на выдолбленной из тополя
ульмагде, хотя на это нужно потратить весь день.
Мои знакомые орочи немало удивились, когда я попросил у них ульмагду,
битый час пришлось объяснять, зачем она мне нужна, и они, кажется не
поверив моим словам, в конце концов согласились. Охотников сопровождать
меня тоже не нашлось, и не потому вовсе, что люди были заняты срочным
делом, а потому, оказывается, что орочи не любят, да и боятся, когда на
ульмагде посторонний человек, хотя сами они плавают на ней и в штормовую
погоду.
После долгих уговоров согласился сопровождать меня Петр Степанович
Быхинька из дома престарелых, где живут на полном государственном
обеспечении, как их тут называют, "безродные", то есть те, кто остались к
старости одиноки.
Когда я спросил Быхиньку, не боится ли он плыть со мной, старик,
прищурив безбровые глаза, глянул на меня и, то ли в шутку, то ли серьезно,
сказал:
- А чего мне боися, его все равно помирай скоро! - и засмеялся
каким-то странным, курлыкающим смехом.
Из трех ульмагд, что лежали вверх дном на песчаной косе, он выбрал
среднюю, быстро опрокинул ее, простучал кулаком вдоль бортов и,
убедившись, что она годится, столкнул ее до половины в воду и привязал
конец к причальному колу, вколоченному в сырой песок.
В отличие от оморочки, рассчитанной на одного человека без груза, -
она до того неустойчива, что стоит с непривычки сделать неосторожное
движение, скажем, прихлопнуть на щеке комара, как оморочка сейчас же
опрокидывается, - ульмагда отлично держится на крутой волне: четыре с
половиной метра в длину и около метра в ширину, с низко сидящей кормой и
приподнятым, похожим на утиный клюв носом, она незаменима и в большую
весеннюю воду, и в малую, летом на перекатах.
В прежнее время, когда орочи кочевали вдоль берегов таежных рек,
целой семье с ее небогатым скарбом вполне хватало одной ульмагды, чтобы
перебраться на новое место. Однако выбрать в тайге тополь, годный под
ульмагду, не так-то просто; для нее, по словам Быхиньки, требуется не
очень старое дерево со здоровой сочной сердцевиной, в меру сучковатое, и
чтобы оно росло поближе к реке, где живая вода постоянно питает корни,
делая древесину эластичной и податливой.
- Пускай его на воде переночует, - сказал Быхинька. - Давно на косе
лежит, мало-мало рассохлась. - И, посмотрев на не очень яркий закат солнца
над горным хребтом, добавил: - Завтра, думаю, погода будет, так что
утречком и пойдем в Дату, раз так надо тебе...
С утра в долине реки лежал густой белый туман; казалось, это надолго,
потому что не было ветра и приречные кусты и травы, отягощенные росой,
были неподвижны. Быхиньку, как я заметил, это ничуть не тревожило, он