"Андрей Емельянов. Пластиковые звери (из цикла "снег и песок")" - читать интересную книгу автора

полунебрежно щелкают каблуками. Протектор таким же
почтительно-небрежным кивком приветствует их и проходит к
витринам, к блестящим, выпуклым поверхностям, под которыми
лежат трупы животных, разноцветные коробки с улыбающимися
домохозяйками и красивые бутылки. И много что еще лежит в этих
волшебных гробах.
Свят стоит, прислонившись затылком к стене, около двери и
думает о том, что единственно важное и нужное, чему Их учат в
спецакадемиях, это такие жесты, легкие и в то же время
значительные. Он много о чем думает, больше этими осенними
ночами делать нечего. Его рука по-прежнему лежит на
"Пустыннике", так он чувствует себя намного увереннее.
Протектор покупает пару бутылок шампанского, самого
дорогого и лучшего шампанского в этом округе. Говорят, что это
шампанское меняют у южан на вертких Йори. Много что говорят...
Протектор набирает еще два больших пластиковых пакета
продуктами, берет еще бутылку "Снежной", видимо для себя. Из
большого пакета торчит нога убитого животного и пучок зелени.
У Свята что-то зашевелилось в животе, заурчало и он сглотнул
слюну.
Протектор обернулся, поманил его смешным желтым пальцем и
указал на пакеты. Чуть ли не просительно улыбнулся, сверкнул
хорошими, крепкими зубами. Свят снял руку с кобуры, подошел к
прилавку и поднял оба пакета. Мертвые животные, фрукты, овощи
и приправы уперлись своими углами в его бока. Свят понес
пакеты к выходу. Качалась и приближалась к нему дверь, черная
на светлом фоне стены. Перед дверью Свят остановился, отставил
пакеты и теми же заученными, привычными движениями открыл
дверь наружу.
Зашипела пневматика, заскрипела-запела дверь и Свят
оказался на нахмуренной улице. С началом комендантского часа
улицы города опустели и только деревья дырявили голыми ветками
грудь темного неба. Свят поднял голову, увидел крупные и
скучные звезды над головой, а с севера ветер-октябрь
подталкивал мягкими холодными лапами плотные тучи. Тучи
набитые снегом. Тучи, похожие на мертвых пластиковых животных.
Тоскливые, одинокие, заброшенные... Свят помнил, как выглядят
они сверху. Когда-то он бросал на них тень. Тень его была
похожа на паука. Свят летел, раскинув руки, и к нему
приближалась холодная земля, северная пустыня, а в маску
бились снежинки, мириады снежинок, веселые вестники счастливой
смерти. А потом струны-стропы рванули вверх и ниже сердца
стало жарко и щекотно. У самой земли. Это случилось уже у
самой земли. Что-то ужалило его... а потом... что было потом?
Свят подошел к машине и задняя дверь бронированного джипа
открылась, словно сама по себе, а потом Свят заметил в
полуосвещенном салоне женщину. Она выпорхнула из железного
монстра, молодая и быстрая словно Шша-Хаа. Высокие сапоги,
костюм словно передразнивающий комбинезон пограничника, резкий
профиль, бледные скулы, запах... Терпкий, знакомый запах.