"Джон Диксон Карр. А потом - убийство! ("Генри Мерривейл" #10) " - читать интересную книгу автора

длинным и приземистым, как ангар, с маленькими оранжевыми козырьками на
окнах, располагался огромный серый студийный павильон. От одного его вида к
горлу Моники подступил комок. Однако сейчас студийный павильон как будто
дремал под жарким августовским солнцем; он казался вымершим и слегка
зловещим.
Конечно, ей назначили встречу не в главном здании. Когда такси, которое
она наняла на станции, подъехало к сторожке, привратник просветил ее.
- К мистеру Х-хаккетту! - крикнула Моника с заднего сиденья.
- А кто это?
- Мистер Х-хаккетт!
- Мистер Том Хаккетт? - уточнил привратник, прекрасно знавший, что в
"Пайнеме" имеется только один Хаккетт.
- Д-да. Меня зовут Моника Стэнтон. У меня назначена с ним встреча.
Привратник сжалился над ней.
- Старое здание, - скомандовал он шоферу. Тот, видимо, понимал, о чем
речь.
Жарко было невыносимо. Зеленые лужайки, подъездная дорожка, машины,
припаркованные на ней, - все блестело и сияло на солнце. По тенистой аллее
они проехали мимо главного корпуса вниз и остановились перед сложенным из
красного кирпича строением с куполом, похожим на живописный замок. Фасад
"замка" был увит плющом. В низинке, у самых окон, переливаясь на солнце,
протекала мелководная речушка, в которой плавали утки. Настоящая идиллия -
подлинная Аркадия! Здесь невольно клонило в сон. А наверху, в залитом
солнцем кабинете, выходящем окнами на речку, Монику представляли мистеру
Томасу Хаккетту.
Мистер Хаккетт держался спокойно, суховато и властно - как главный
герой в ее "Желании".
- Рады вас видеть, мисс Стэнтон, - сказал он. - Очень рады. Прошу
садиться.
Кивком продюсер указал ей на стул. Грубоватым, повелительным жестом
достал из ящика стола коробку с сигарами и придвинул к ней. Поняв, что его
жест несколько неуместен, он убрал коробку и с тем же деловитым видом
захлопнул ящик.
- Но от сигареты вы не откажетесь? Отлично! Я сам не притрагиваюсь к
табаку, - объяснил он с сурово-добродетельным видом. - Мисс Оулси!
Принесите, пожалуйста, сигареты.
Усевшись в кресло, Томас Хаккетт смерил ее пристальным взглядом. Мистер
Хаккетт (реально существующий человек) работал на загадочную личность по
фамилии Маршлейк, главу компании "Альбион Филмз", который вкладывал в
производство деньги, но которого никто никогда не видел. Если спрашивали про
мистера Маршлейка, то обычно говорили: "Он только что вышел". Мистер Хаккетт
был живым воплощением практичности. Мужчина в расцвете сил - лет тридцати
пяти - приземистый, смуглый, широколицый. Лицо его украшали усики щеточкой и
ослепительная улыбка, которая, тем не менее, несла налет суровой
деловитости.
- Разумеется, - заявила Моника в порыве откровения, - я ужасно рада
здесь оказаться... ужасно рада, что мне представился случай...
Мистер Хаккетт снисходительно улыбнулся, как бы соглашаясь со
справедливостью ее суждений.
- ...и все же я не хочу воспользоваться ложным предлогом. По-моему, мой