"Джонатан Кэрролл. Страна смеха (Магический реализм)" - читать интересную книгу автора

К счастью, мимо проходила официантка, и я выжал все возможное из того,
чтобы получить счет, просмотреть его и заплатить,- только бы замять
разговор.
Когда мы вышли, на улице по-прежнему стоял декабрь и в холодном
воздухе пахло химией, как на нефтеперегонном заводе или на уроке химии в
десятом классе, лабораторное посвящение в сокровенные таинства вони. Она
взяла меня под руку. Взглянув на нее, я улыбнулся. Девушка была
хорошенькая - короткие рыжие волосы, зеленые вечно широко раскрытые, словно
в счастливом недоумении, глаза, красивая фигура. Поэтому я тоже не смог
удержаться от улыбки и впервые за вечер порадовался, что пригласил ее.
От школы до ресторана было почти две мили, но она настояла прогуляться
туда и обратно пешком. Туда - чтобы нагулять аппетит, обратно - чтобы сжечь
полученные калории. Я поинтересовался, не колет ли она себе дрова, но она
даже не улыбнулась. Люди часто не улавливают моего юмора.
Вернувшись к школе, мы уже мило болтали. Она больше не спрашивала о
моем старике, а усердно потчевала меня анекдотами о своем
дяде-гомосексуалисте из Флориды.
Мы вернулись в Фаундерз-холл, шедевр неонацистской архитектуры, и я
заметил, что остановился прямо на мозаичном школьном гербе, вделанном в пол
посреди вестибюля. Заметив это, она крепче стиснула мое предплечье, и я
подумал, что можно спросить и сейчас, время не хуже другого:
- Хочешь посмотреть мои маски?
Она хихикнула со звуком уходящей из раковины воды и погрозила
пальчиком - смотри, мол, у меня, гадкий мальчишка:
- Надеюсь, хоть не офорты2?
Я рассчитывал, что она хотя бы наполовину человек, но от эдаких
замашек а-ля Бетти Буп3 надежда лопнула, словно воздушный шарик. Ну почему
женщина не может хоть раз в жизни оказаться такой, как надо? Не
экзальтированной, не развязной, не пустой...
- Да нет, честное слово, у меня есть коллекция масок, и...
Она опять стиснула пальцы и совсем остановила кровообращение в моей
руке.
- Я шучу, Томас. Мне страшно хочется их посмотреть.
Как и во всех прижимистых средних школах Новой Англии, квартиры для
учителей, особенно холостяков, были ужасны. Моя состояла из крохотной
прихожей, кабинета, выкрашенного в незапамятные времена в цвет, который с
некоторой натяжкой можно было считать желтым, спальни и кухни, настолько
ветхой и хрупкой, что готовить там я и не пытался, так как все расходы на
ремонт легли бы на меня.
Но я раскошелился на галлон первоклассной краски, чтобы по крайней
мере стена, где висела коллекция, выглядела более-менее достойно.
Единственная входная дверь вела в прихожую, так что поначалу обошлось
без сюрпризов. Я нервничал, но до смерти хотелось увидеть реакцию нового
человека. Пока что она все прижималась ко мне и ворковала, но тут мы
шагнули в мою спальню-гостиную.
- Боже! Что?.. Где ты это?.. - Она приблизилась, чтобы рассмотреть
получше, и какое-то время ограничивалась восторженными междометиями. - Где
ты достал... гм, его?
- В Австрии. Разве не здорово?
Фермер Руди выглядел русым и загорелым, ловко высеченный буквально