"Марк Туллий Цицерон. Письма к Аттику, близким, брату Квинту, М.Бруту" - читать интересную книгу автора

совершенно не понадобилось. Кроме того, полагая, что ты сам достаточно
благоразумен, я предпочел, чтобы совет дал тебе письменно Педуцей8, а не я.
И в самом деле, после того как я много дней подряд выслушивал Акутилия (род
его красноречия ты, думается мне, знаешь), я не счел для себя трудным
написать тебе о его жалобах, раз я уж не поленился выслушать их, что было
довольно тягостно. Но так как ты меня обвиняешь, то да будет тебе известно,
что я получил от тебя только одно письмо, а между тем ты располагал большим
досугом для писем и большими возможностями для пересылки их, чем я.
5. Ты пишешь, что если некто против тебя раздражен, то я должен
помирить его с тобой. Понимаю, что ты хочешь сказать, и не оставил этого без
внимания, но он сильно обижен каким-то странным образом9. Все-таки я не
преминул сказать о тебе все, что было нужно. Но чего мне добиваться, - в
этом считаю нужным руководствоваться твоими желаниями. Если ты напишешь мне
о них, то поймешь, что я не хотел ни быть более старательным, чем ты сам, ни
стать более небрежным, чем ты хочешь.
6. Что касается Тадиева дела, то, как говорил мне сам Тадий10, ты
написал, что больше стараться не о чем, ибо наследство уже перешло в
собственность по праву давности11. Нас удивило, как это ты не знаешь, что из
имущества, находящегося под опекой по закону (а в таком положении, говорят,
и находится девушка), ничто не может быть отчуждено по праву давности.
7. Меня радует, что ты доволен своей покупкой в Эпире. То, о чем я
просил тебя и что, по-твоему, подойдет для моей тускульской усадьбы, по
возможности, постарайся приобрести, как ты об этом и пишешь, не обременяя
себя. Ведь только в этом месте я отдыхаю от всех трудов и тягот.
8. Каждый день ждем мы брата Квинта. Теренция страдает сильными болями
в суставах. К тебе, к твоей сестре и матери она очень расположена и шлет
тебе теплый привет, как и наша любимица Туллиола12. Береги здоровье, люби
меня и будь уверен, что я люблю тебя по-братски.


III. Титу Помпонию Аттику, в Афины

[Att., I, 7]
Рим, начало февраля 67 г.

У твоей матери все благополучно, и мы заботимся о ней. Я обязался
уплатить Луцию Цинцию13 20 400 сестерциев в февральские иды. Позаботься,
пожалуйста, о том, чтобы я получил возможно скорее все купленное и
приготовленное тобой для меня, как ты об этом пишешь. Подумай, пожалуйста, и
о том, каким образом собрать для меня библиотеку15. Твое решение по делу с
Тадием16, о котором ты пишешь, как я понял, очень желательно и приятно ему.
Тот наш друг17, клянусь тебе, прекрасный и весьма расположенный ко мне
человек, действительно сердит на тебя. Если я буду знать, какое значение ты
придаешь этому, мне станет ясно, о чем мне стараться.
2. Я уплатил Луцию Цинцию 20 400 сестерциев за статуи из мегарского
мрамора в соответствии с тем, что ты написал мне. Твои гермы18 из
пентеликонского мрамора с бронзовыми головами, о которых ты сообщил мне, уже
и сейчас сильно восхищают меня. Поэтому отправляй, пожалуйста, мне в
возможно большем числе и возможно скорее и гермы, и статуи, и прочее, что
покажется тебе достойным и того места, и моего усердия, и твоего тонкого