"Фенимор Купер. Майлз Уоллингфорд " - читать интересную книгу автора

Нам остается надеяться, что они все еще достаточно сильны и победить их
будет нелегко.
Мы предпослали нашему рассказу эти краткие замечания, чтобы объяснить
читателю отчасти взгляды мистера Уоллингфорда, которые современные события
побудили его высказать, пока он готовил свой труд к изданию. Замечания эти
могли бы показаться неуместными, если бы они не входили в первоначальный
замысел автора, разросшийся более, чем он мог предположить, когда сочинение
сие пополнилось размышлениями о некоторых характерных чертах того общества,
где автор провел большую часть своих дней.


ГЛАВА I


Я не браню тебя.
Пускай в тебе
Когда-нибудь сама проснется
совесть.
Я стрел не кличу на твое чело,
Юпитеру не воссылаю жалоб.
Исправься в меру сил.

Шекспир. Король Лир[Перевод Б.
Пастернака.]

Столь же трудно описать в подробностях все, что происходило по прибытии
лодки на "Уоллингфорд", сколь поведать обо всех ужасных обстоятельствах той
борьбы, которая завязалась между мной и Дрюиттом в воде. Однако, когда
мистер Хардиндж и Наб помогли мне подняться на борт, я был не так плох,
чтобы не заметить, что Люси на палубе нет. "Вероятно, - подумал я, - в
ожидании худшего она присоединилась к Грейс, чтобы встретить страшное
известие вместе с ней". Впоследствии я узнал, что Люси давно уже была в
кормовой каюте и, став на колени, возносила к Небу ту судорожную мольбу,
которая, случается, сопутствует внезапному и огромному несчастью у тех, кто
взывает к Господу в своем страдании.
В те краткие мгновения - то были лишь крупицы времени, если можно
употребить такой оборот, - когда моего слуха достигали иные звуки, нежели
те, что сопровождали ужасающую сцену, непосредственным участником которой я
оказался, я слышал пронзительные крики Хлои, но голоса Люси нельзя было
различить в общем крике. Даже теперь, когда нас подняли, вернее, помогли нам
подняться на палубу, Хлоя все еще не могла оправиться от пережитого, ее
блестящее от слез лицо то содрогалось от страха, то вдруг расплывалось в
улыбке; не зная, плакать или смеяться, она переводила взгляд со своего
хозяина на вздыхателя, пока чувства ее не нашли выхода в привычном
восклицании: "Ну, парень!"
Все закончилось благополучно для Эндрю Дрюитта, ведь среди нас был
Пост, человек опытный и надежный. Едва подняли на борт безжизненное с виду
тело, мистер Хардиндж распорядился вытащить бочку с водой, и они с Марблом
принялись катать на ней беднягу изо всех сил, поднимать его вверх ногами,
полагая, что он задышит, если вода, которой он наглотался, будет изгнана из