"Сергей Первушин. Неугасимые лампады" - читать интересную книгу автора

это как вполне обыденное, не вызывавшее удивления событие.
Когда в 1401 году близ Рима открыли гробницу Палласа, сына Эвандра,
прославленного Вергилием в "Энеиде", оказалось, что погребальную камеру
освещает фонарь, горевший уже более двух тысяч лет. Это было подтверждено
современниками. В книге "Эдипус Египтианус" (Рим, 1652 г.) иезуит Афанасий
Кирхер описывает негасимые лампы, найденные в подземельях Мемфиса, которые
не удавалось погасить водой.
О находке нетленного тела "прекрасной патрицианки" в 1485 году мы
упоминали в начале этого рассказа. Сообщенные в "Римских хрониках" данные,
постоянно цитировавшиеся в различных трудах, живописуют находку
"прекрасной Юлии".
Четыреста лет спустя, в начале XX века магистр теологии Питтофиоре,
изучая анналы общины ордена цистерцианцев в Риме, наткнулся на любопытную
запись монахахрониста об "усопшей римлянке". Видимо, это неординарное
событие так потрясло писавшего, что он отметил даже мелкие детали
происходившего, очевидцем и участником которого стал.
Монах-цистерианец фра Бенедикто оказался неподалеку от храма Санта Мария
Нуова, где удачливые землекопы наткнулись на древнюю гробницу. Они
пригласили монаха посмотреть на чудесное открытие. "Не дьявольское ли это
искушение?" - со страхом спросили они. Протиснувшись в узкий проход, фра
Бенедикто очутился в катакомбной камере, освещенной коптящим светом
факелов. Взглянув на нетленную красавицу, выглядевшую как только что
погребенная, благочестивый монах перекрестился и прошептал слова молитвы.
Наблюдательный монах обратил внимание на еще один источник света в
погребальной камере. На стене висела металлическая лампа, горевшая неярким
голубоватым светом. Взволнованный увиденным, монах выбрался наружу и
поспешил к кардиналу Никколози. чтобы сообщить о необыкновенном открытии.
Однако на полпути встретил кардинала, направлявшегося в носилках в
окружении стражников и духовных лиц к Виа Аппиа. Вскоре они были в саду
около дома. Землекопы рьяно расширяли яму, а стражники оттесняли толпу
любопытных.
Высокого иерарха встретили поклонами. Он счел неудобным спускаться вниз и
приказал доставить веревки, чтобы извлечь саркофаг наверх. Когда расширили
отверстие и приготовились к подъему, кардинал послал фра Бенедикто и
священника из своей свиты наблюдать за порядком. В гробнице было тесно, но
фра Венедикте внимательно осмотрел фрески на стенах - сугубо светского
характера. Лампы на стене уже не было. В суете подъема каменного гроба было
не до вопросов. Когда саркофаг с трудом извлекли на поверхность, кардинал
подошел к нему и посмотрел на чудесно сохранившееся тело.
Затем спросил фра Бенедикто, не указывает ли что-либо на то, что усопшая
была христианской мученицей. Монах смиренно ответил, что христианских
символов на каменной крышке и на стенах крипты он не нашел. Кардинал
ответствовал, что это ничего не доказывает, и приказал везти находку на
Капитолий.
Магистраторе, занятый погрузкой саркофага на повозку, отмахнулся от
вопроса монаха, но фра Венедикте, понимавший важность своего наблюдения,
начал опрашивать удачливых землекопов. Ему помогали помощник магистраторе и
сержант стражи.
Все трое в один голос уверяли, что их внимание было приковано к
ангельской красоте усопшей, как бы совсем живой.