"А.Деревицкий. Танкред, Рыцарь креста." - читать интересную книгу автора

подол промокшей от пота кожаной рубахи. Искривленный, как у многих забияк,
нос, голубые глаза, белые кудри и ржавая борода - нормандская кровь!


Но оставим обоих - пыль осела, и за ней показалась бесконечная кавалерийская
колонна. Рыцари, составлявшие ее главу, почтительно остановились на отдалении
от своего предводителя, издалека доносилась мерная поступь отставшей пехоты.
Простолюдины всегда отстают.


- Здесь, - промолвил Боэмунд и указал перчаткой на город, - здесь когда-то
легли наши предки. В этой земле - мой отец и твой дед, славный Роберт Гвискар.
С ним мой брат и твой отец - отважный Ричард. Город ждет мести.


- Он уже дождался ее, - воскликнул Танкред.


Он склонил обнаженную голову и в то же мгновение ударил коня золотыми
рыцарским шпорами...


* * *


Пока Водена горит, а крестоносцы Боэмунда Тарентского пополняют припасы для
продолжения пути, вернемся на два десятилетия назад.


Когда парусно-весельные вики Боэмунда с остатками войска, безжалостно разбитого
византийским императором, вернулись из разгеванного Ионического моря к темному
приземистому замку на берегу Тарентского залива, их на причальной башне
встретил пятилетний наследник великого Гвискара. Выслушав известие о гибели
отца, Танкред не заплакал, а лишь сжал рукоять игрушечного меча так, что
побелели ногти.


Согласно закону майората наследником земель Гвискара, как старший сын, мог
стать только Боэмунд. Но азартный Ричард был не тем, кто мог бы уступить даже
брату. И со временем Танкред понял угрюмую фразу дяди:


- Мизерикордия спасла твоего отца и от позора воденского поражения, и от позора
грядущего спора со мной...


Тот "клинок чести" - мизерикордия, которую Ричард, сорвав стальной нашейник,
вонзил в свое горло, чтобы не попасть в плен к грекам, - тот клинок стал первым
взрослым оружием юного Танкреда. Он повесил его на пояс пажеского камзола,
Боэмунд взял его на службу.