"Мэгги Дэвис. Аметистовый венец " - читать интересную книгу автора

иногда смотреть на нее хотя бы изредка было пьянящим удовольствием, он
только и мечтал о том, чтобы взять ее мягкую узкую руку в свои ладони.
Мечтал обнять ее. Даже поцеловать в сочные, упругие губы.
Что за опасные мысли посещают его? Ведь он ее вассал, свято поклявшийся
верно служить ей, защищать ее. К тому же ему тридцать два года, и он давно
уже не влюбленный теленок, одержимый несбыточными мечтами. У него нет ни
малейшего права даже мечтать о ней. Как это говорится в песне:

Она юна, прекрасна, как луна,
И так же далека от нас она...

Глупая песенка. И все же...
И все же это не мешает ему безумно ее любить.
В этот момент Эверард увидел, что графиня подняла глаза и нахмурилась.
Из фургона с пленниками доносился разъяренный рев. Ее маленькая дочурка
что-то сказала, и графиня оглянулась, видимо, ища его глазами, чтобы
выразить свое недоумение по поводу происходящего.
Тихо выругавшись, Эверард поскакал в арьергард.

Через несколько минут Лвид сказала:
- Смотри, что ты натворил. Если бы ты не требовал вернуть тебе одежду,
они не поколотили бы тебя.
Она сидела, болтая ногами у открытой задней двери. Насильственное
купание смыло с ее лица следы угля и красной краски, которой она мазала
губы. Ее темные, сбившиеся в диком беспорядке кудри были чисты. И выглядела
она гораздо моложе.
Лвид наблюдала, как рослый темноволосый предводитель рыцарей с
нахмуренным видом отъехал прочь. На крики пленника он тут же ответил
несколькими ударами хлыста и в заключение ударами кнутовища по голове. И
теперь Сенред глухо стонал, обхватив руками голову.
- На этот раз этот зверь наказал тебя справедливо, - сказала она. - И
чего ты лезешь на рожон? Может быть, одежды, которые они тебе дали, и куцые,
но, по крайней мере, не такие драные, как твои старые.
Лвид перебралась к нему поближе, чтобы взглянуть на спину, где на
рубашке виднелось большое пятно крови от ударов хлыста. Она обладала большей
свободой передвижения, чем ее товарищ по несчастью, ибо ее руки были
прикованы к длинной цепи.
Не поднимая головы, он прорычал:
- Я не виллан! И хочу, чтобы мне вернули мои панталоны, модные
парижские сапоги, которые наверняка натянул какой-нибудь из этих поганцев, и
рубашку. На кой черт мне эти дурацкие мешки из-под зерна?
Лвид вздохнула. Сапоги и панталоны, конечно же, забрал кто-нибудь из
рыцарей. Но она знала, что, если он не перестанет задирать рыцарей, особенно
их предводителя, которого зовут Эверардом, их обоих ждет еще худшее
наказание. Как только они покинули замок, ее вынужденный спутник постоянно
жаловался на грубые крестьянские одежды, которые ему дали взамен прежних.
- Не думаю, чтобы из-за сапог и пары шерстяных панталон стоило
подвергнуться порке.
Она думала, что даже босиком, в простой грубой одежде он выглядит не
так уж плохо. Ярко сверкают синие глаза, мягко золотятся светлые волосы. Что