"Борис Дьяков. Повесть о пережитом " - читать интересную книгу автора

с последствиями культа личности, уйти невозможно.
Но как рассказать об этом? В какой литературной форме? Что отобрать, а
что отсеять из множества фактов, оставивших след в душе?.. На эти вопросы
долго не приходил ответ. Однако чем глубже вникал я в суть пережитого, чем
больше старался подняться над личным и объективно разглядеть все
происшедшее, тем яснее становилась задача.
Конечно, думал я, и мою точку зрения разделяли друзья и товарищи, будет
время, когда на эту тему, быть может, напишут романы, поэмы, пьесы, а сейчас
исторически нужнее прямое документальное свидетельство о том, что сохранила
память и вобрало сердце.
Первые главы, носившие характер воспоминаний, были опубликованы в
третьем номере журнала "Звезда" за 1963 год. Вскоре к автору стали приходить
письма и от читателей, и от самих героев произведения. Произошла незримая, а
потом и настоящая встреча с товарищами по несчастью и с теми
чекистами-дзержинцами, которые умели видеть и чувствовать - где враг, а где
жертва, и порой, рискуя собственной судьбой, отдавали нам, как могли, свою
человеческую теплоту. Автору была оказана дружеская помощь. Он почувствовал
большую моральную поддержку. В памяти восстановились дополнительные факты,
ожили образы новых героев. Поставить точку на опубликованном в "Звезде" было
нельзя, я продолжал писать.
Журнал "Октябрь" в седьмой книжке за 1964 год напечатал уже более
расширенную "Повесть о пережитом". Теперь я передаю своим читателям
полностью законченную книгу.
В ней нет вымысла. Я рассказываю о том, что сам видел, слышал, пережил.
При описании отдельных фактов допущено только незначительное смещение во
времени, с тем, чтобы соблюсти бульшую стройность повествования. Читатель
встретится с лицами действительно существовавшими и существующими. Их
подлинные имена сохранены. Пусть все узнают о настоящих советских людях, о
коммунистах, которые в тяжелых условиях не теряли человеческого достоинства,
были верны партийным идеалам, преданы Родине, мучительно переживали
нарушения законности, но сохранили силу духа, веру в торжество ленинской
правды. Им автор и посвящает свою повесть.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

В дорогу дальнюю...

Меня ввели под конвоем в пустую комнату Бутырской тюрьмы. За
канцелярским столом сидел человек в кожаной черной куртке и кожаной черной
кепке, с трубкой во рту. В окне с решеткой виднелось одинокое, промокшее от
осенних дождей, старое дерево с низко опущенными ветвями, светился кусочек
неба. В комнате запах сырой штукатурки перемешивался с тонким ароматом
табака.
Человек за столом скользнул по мне безразличным взглядом и, опустив
глаза на какую-то бумагу, спокойно сказал:
- Ваше дело рассмотрено особым совещанием при Министерстве
госбезопасности СССР... Десять лет спецлагерей.
- Десять лет?! За что?!
- Вам лучше знать. Распишитесь.
- Да это же ошибка! Кому я могу жаловаться?