"Филип кинред Дик. Пришедший из неизвестности" - читать интересную книгу автора

передвижения по шоссе возросла во много раз. В то же время за весь этот
период не произошло ни одной, даже незначительной аварии. Система была
настолько надежна и безупречна, что гарантировала безопасность
передвижения на самых высоких скоростях, при самых сложных погодных
условиях.
Парсонс приоткрыл глаза и заметил освещенный указатель "Сан-Франциско
50". Это было последнее, что он запомнил в этот день. Машина вдруг
вильнула в сторону и, перескочив через заградительную стенку метнулась под
откос. Мгновенно рассыпались стекла. Удар был настолько силен, что капот
сплющился в гармошку. Автомобиль несколько раз перекувыркнулся и затих,
превратившись в искореженную, бесформенную груду металла. Этого Паркинс
уже не видел. В момент удара машину заполнил ядовитый, неизвестно откуда
появившийся, газ, сдавивший горло Паркинсона и вызвавший у него отчаянный
предсмертный вопль... Затем сознание его погрузилось во мрак.
Двое полицейских, появившиеся над обрывом через несколько минут после
аварии, с недоумением взирали на облако серого газа, обволакивающего
разбитый автомобиль.
Он до боли сжал ручку чемоданчика и снова ускорил шаг.


Он стоял на шоссе.
Множество разноцветных огней, вспыхивающих и угасавших,
перемещающихся вдоль автострады, придавали ей фантастический вид.
На разных уровнях магистраль, на которую он вышел, пронизывала целая
сеть других дорог, извивающихся причудливыми змеями и скрывающимися во
мраке ночи. Он направился к ближайшему перекрестку. Внезапно перед ним
вспыхнуло табло. Парсонс почему-то был уверен, что оно отреагировало на
его присутствие. Зеленые шестидюймовые буквы с цифрами образовывали
совершенно непонятную для него комбинацию:
DIN 30 cN, ATR 46 cN, URS 100 cS, EGL 67 cN.
Парсонс тупо посмотрел на эти обозначения и понял, что вряд ли сумеет
извлечь из них хоть какую-то информацию. Даже если предположить, что буквы
"N" и "S" обозначают соответственно север и юг, а буква "с" - километры,
смысл остальных обозначений все равно оставался неясным.
Он подошел к краю шоссе и, опершись руками на парапет, заглянул вниз.
Под ним широкой рекой несся поток автомобилей, совершенно неизвестных ему
конструкций. Самое удивительное то, что цвет их на разных отрезках шоссе
был различным. Это изменение напомнило ему изменение цвета витков спирали,
которую он наблюдал стоя на холме.
Парсонс отошел от парапета и неожиданно увидел невдалеке заключенную
в прозрачную трубу, уходящую куда-то вверх лестницу. Лестница моментально
пришла в движение и уже через пятнадцать минут Парсонс оказался на
террасе, с которой открывался вид на ночной город. Это было великолепное
зрелище.
Море огней залило все пространство под ними. Не было видно фабричных
труб, обозначавших индустриальные зоны, которые так уродовали внешний вид
Сан-Франциско. Необыкновенная свежесть воздуха, его чистота, просто
околдовывали. Постепенно потрясение начало проходить. Волной накатилась
смертельная усталость. Страх, восторг, тревога сменились безразличием. Ему
было все равно: оказался ли он в загробном мире, попал ли в другое