"Гордон Диксон. Некромансер (Дорсайский цикл, #1)" - читать интересную книгу автора

в лодку, чтобы в конце концов его нашла и спасла береговая охрана.
На этот раз были горы.
Внезапно повернувшись от белой пластиковой двери, он остановился и
увидел их. Вокруг возвышались крутые склоны с белыми строениями шахты
Малабар. Слабая голубизна весеннего неба над ним перекликалась с темной
синевой глубокого озера внизу, заполнявшего расселину горной скалы. Со
всех сторон простирались Канадские Утесы, уносясь на тридцать миль в одну
сторону к Британско-Колумбийскому городу Кэмлупс и в другую - до
прибрежной цепи, к каменистому берегу, достигая прибоя соленого Тихого
океана. Неожиданно он их почувствовал.
Горы стояли по-королевски величаво. Кровь прокатилась волной, и
внезапно он вырос, стремясь сравняться с ними. Он был человек-гора. Вместе
с ними он чувствовал внутреннее движение Земли. На момент он словно
обнажился. А горы шептали только одно:
- СТРАХ. Не спускайся в шахту.
- Это пройдет, - уверил его пять лет назад психиатр из Сан-Диего,
после несчастного случая в лодке, - когда ты выкинешь все из головы и
поймешь.
- Да, - ответил Пол.
Тогда это было важно. Это была единственная возможность объяснить все
самому себе под давлением психиатра. С девяти лет он остался сиротой,
когда родители погибли в автомобильной катастрофе. Ему нашли хороших
приемных родителей, но это было не то. Он всегда чувствовал одиночество.
Он нуждался в том, что врач из из Сан-Диего назвал "защитный эгоизм".
Он имел дар понимать людей без обычного в таких случаях намерения
повернуть это понимание в свою пользу. Это приводило, в замешательство
тех, кто мог бы стать его друзьями. Как только они улавливали в нем эту
способность, у них появлялось желание сохранять дистанцию Тем не менее его
знания ценили, но его сдержанности не доверяли.
Будучи ребенком, не понимая причин, он чувствовал это отчуждение. И
это, по наблюдениям психиатра, дало ему ложную картину своего положения.
- В результате, - сказал врач, - недостаток желания получить
преимущество от способности привел к неспособности. Но это ничем не хуже,
чем бледность или потеря конечности. Ни к чему ощущение ущербности.
Но, кажется, именно такое ощущение им владело. Чувство выросло в
попытку самоубийства.
- Нет сомнения, ты получил предупреждение - плохая погода, не
очень-то ловкая береговая охрана. Но ты знал, что находился на слишком
опасном расстоянии для такой плохой погоды в своей рыбацкой лодке.
Итак, шторм вынес его в открытое море и бросил. Пол был отдан воле
волн. В последующие спокойные дни смерть прилетала, как тяжелая серая
птица, в ожидании взгромоздившаяся на пустую мачту.
- Ты был в состоянии галлюцинации. А в таком состоянии вполне можно
представить себя умершим. Потом, когда ты был спасен, то придумал
объяснение тому, что оказался живым. Твое подсознание подкормило фантазию,
и ты представил человека, похожего на отца, высокого и таинственного,
человека в просторных одеждах, символизирующих мистические силы,
вернувшего тебя к жизни. Но когда ты пришел в себя, твое сознание не
смогло найти объяснение этой истории.
"Нет, - подумал Пол, - не так".