"В.Дроздов, А.Евсеев. Два года над пропастью " - читать интересную книгу автора

вас в Киеве?
-- Я согласен,-- без колебаний ответил Кудря.-- В Киеве я работаю
недавно, и меня здесь мало кто знает.
-- Мы хотим перед вами поставить сложные задачи. Справитесь?
-- Я коммунист, -- сказал Кудря.
-- Другого ответа я и не ожидал от вас,-- сказал полковник и добавил,--
товарищ Максим.
Так Иван Кудря получил новое имя. С того дня он перестал посещать
наркомат, снял форму, стал носить украинскую сорочку и шляпу, запустил усы
-- словом, изменил свою внешность.
...На днях я беседовал со Славченко. Теперь он генерал-лейтенант, давно
не работает на Украине. Я спросил, почему выбор пал именно на Кудрю.
-- Это был прирожденный разведчик, -- ответил он,-- хладнокровный,
отважный, терпеливый, великолепно знавший язык, не терявший головы даже в
самой сложной ситуации. Кроме того, Иван отлично умел уживаться с людьми,
быстро завоевывал симпатии. Не знаю человека, который не был бы дружественно
настроен к этому обаятельному, всегда улыбающемуся парню.
Незадолго до оставления Киева в доме No 16 по Институтской улице
появился Иван Данилович Кондратюк. Хозяйка квартиры -- Мария Ильинична, у
которой он остановился, объяснила соседям, что он --преподаватель
украинского языка и литературы из Харьковской области, с которым она
познакомилась в Сочи в 1939 году во время отпуска; два года вела с ним
переписку и вот теперь собирается выйти за него замуж. Он холостяк, а у нее,
как знали соседи, муж был расстрелян в 1937 году.
Кондратюк был, что называется, парень хоть куда: чернобровый, с
вьющимися волосами, блестящими черными глазами, стройный -- настоящий
украинский хлопец! Правда, небольшие усики чуть старили его, но это не
мешало девушкам поглядывать в его сторону. Словом, за такого парня надо было
не идти, а бежать замуж!
Кондратюк боялся, что его могут призвать в армию, поэтому в Киеве почти
не бывал, а прятался где-то у знакомых. Отец его, священник, был
репрессирован несколько лет назад. Жил он без прописки и только после того,
как из города эвакуировались соседи этой женщины, смог находиться у нее.
И Кондратюк, и его невеста не торопились уезжать из Киева. Больше того,
даже могло показаться, что они ждут прихода немцев.
Был в этом доме еще один человек, который не очень скрывал своего
нетерпения и радовался каждому продвижению немцев, -- Яков Данилович Лантух,
шеф-повар по профессии, предатель по призванию. Это был единственный сосед,
с которым Кондратюки водили дружбу.
-- Эх, Ваня,-- говорил иногда Лантух,-- и заживем же мы с тобой скоро.
Этот тип был благодарен Марии Ильиничне за то, что она помогла ему
увильнуть от призыва в армию, уговорила знакомого из райвоенкомата немного
подождать.
Кондратюки запаслись продуктами, скупали муку, консервы, сахар, крупу и
по ночам прятали в кладовке на антресолях. Лантух тоже принимал в этом
участие. Кто-кто, а он-то умел припрятать съестное.
-- Теперь достать бы литров десять подсолнечного масла,-- говорил он,
развалившись вечером на диване у Кондратюков.-- Я бы спрятал его в баке для
воды.
Хитер был Лантух, изворотлив, но и он не подозревал, что под