"В.Дроздов, А.Евсеев. Два года над пропастью " - читать интересную книгу автора

Коммунистическая партия обращаете" к людям с призывом уходить в подполье, в
леса, к партизанам.
И он протянул ей номер "Правды".
-- Что ты делаешь, Иван! -- хотелось крикнуть нам, когда мы читали в
"Деле Максима" отчет об этом эпизоде.-- Берегись! Сейчас, когда ты беседуешь
с ней, в тюрьме умирает ее муж -- украинский журналист, коммунист,
подпольщик, а в это время к ней на свидания приходит гестаповец Шарм -- тот
самый, который на допросах истязает ее мужа. Скоро она станет особо
доверенным агентом СД в Виннице, а потом в Судетской области.
Наверное, все это было куда сложнее, чем представляется нам сегодня по
документам...
-- Ну и попадет тебе сегодня,-- сказал Нанетте переводчик Грюста.
Она усмехнулась и прошла мимо. Гауптман смерил ее холодным взглядом:
-- Где живет Иван?
-- Скоро узнаю, -- поспешила ответить Нанетта и доложила о "Правде", о
листовке.
Грюст подскочил на стуле.
-- Я не ошибался относительно "студента"!--просиял он.-- Это крупная
партийная птица! Что же, поспешим... Еще, пожалуй, скроется.
Он вызвал еще одного гестаповца -- Шарма, и вчетвером они разработали
план ареста Ивана и Раисы.
-- Возьмем их у тебя на квартире,-- сказал Шарм Нанетте.-- Пригласи их
к себе и задержи до пяти часов. И никому ни слова...


Последний день свободы

Есть строки, которые нелегко писать. Например, эти строки. Перед нами
сидит пожилая, расплывшаяся женщина в строгом черном платье. Поправляя
красноватой, в старческих жилках рукой седые пряди, она начинает свой
рассказ. Мы знаем, что будет в конце его. И все же еще верим во что-то,
надеемся на какое-то "а вдруг"...
Женщина эта -- Нанетта, платный агент СД, член нацистской партии,
предательница, изменница Родины.
Мы нашли ее 2 апреля 1963 года в глухом селе Поволжья. Она работает
заведующей аптекой. Очень постарела. Очень подурнела. Помнит ли Раю Окипную?
"Еще бы, мы так дружили". ...А Ивана, студента-медика? "Как же, как же, он
мне был дорог, как товарищ. Я всегда хорошо относилась к нему".
При этом глаза ее глядят на нас так доверчиво, лу-
чатся такой добротой, а улыбка так искренне грустна, что становится
ясно: раскусить эту гадину было очень трудно.
Она и сейчас играет перед нами. Трет виски, подносит к глазам платок.
Слезы у нее, правда, настоящие, но текут они, как по заказу.
Очень медленно, очень осторожно ведет она свой рассказ. Вот его запись,
конечно, очищенная от фальши.
...В воскресенье, пятого июля 1942 года, к Нанетте пришли Рая и Иван.
Она постаралась как можно лучше принять их. Смеялась, шутила, угощала.
Нанетта: Но я знала, что судьба их решена, что через несколько часов
они будут арестованы, и немного нервничала.
Корреспондент: Почему вы нервничали?