"Владимир Дрыжак. Воскресение Петрова" - читать интересную книгу автора

радиоэлектронике. Более того, он знал, в чем суть теоремы
Геделя. Если читатель знает, что это такое - пусть бросит в
Петрова камень.
Но вот в идейном плане Петров действительно был не
вполне, хотя сдал историю партии, политэкономию и научный
коммунизм. Возможно, он сдал историю не той партии, или едал
ее слишком основательно, ничего себе не оставив. В голове
Петрова буржуазная пропаганда спокойно уживалась с
плюрализмом мнений, рыночная экономика с ее регулированием,
а вершина общественно-политического развития с развитием
различных форм собственности и предпринимательством.
Улучшение благосостояния соседствовало с инфляцией и ростом
цен, а сильный центр - с сильными республиками. То есть,
именно так, как и у нас с вами, благосклонный читатель:
Раньше... да, собственно, и теперь Петров понимал жизнь
очень просто. Вот он Петров, вот мир. Мир живет по правилам.
У нас одна партия, у американцев - примерно две, а в других
местах - где как. Негры живут в Африке, китайцы - в Китае,
остальные - где хотят. Мы живем здесь, и все в порядке. На
все везде есть правила - если они выполняются, никаких
проблем быть не должно. И до сих пор все так и делали -
выполняли правила. Почему же тогда в магазинах исчезла
колбаса, и куда подевались пионеры во время выборов?! Если в
Киргизии, Прибалтике и Тбилиси не хотят соблюдать правила,
причем тут мы? Непонятно...
В общем, если говорить о винтиках, то винтиком Петров был
первоклассным. И резьба не очень мелкая, и шлиц не сорван.
И, наверное, если бы не этот случай, он все же пережил бы и
перестройку, и демократию и суверенитеты, поскольку в
текущих правилах они не упоминались и не ассоциировались с
чем-либо определенным. Удар последовал с другой стороны.
Первое и незыблемое правило развитого социализма гласило:
если ты ходишь на работу, то тебе платят зарплату, причем
сумма зарплаты строго больше нуля и не менее одного рубля.
Именно это золотое правило покачнулось, грозя повергнуть
Петрова в хаос, и произошло это в тот момент, когда он взял
в руки свежеиспеченную ведомость на зарплату. То, что Петров
увидел в этой ведомости, не поддавалось осмыслению: против
фамилии главного инженера предприятия красовалась цифра
шестьдесят, причем эта цифра обозначала не рубли, а копейки,
зарплата же директора и еще целого ряда ответственных лиц из
первой десятки была попросту отрицательной. Но хуже всего
было то, что упомянутая ведомость являлось продуктом
жизнедеятельности программы, которую Петров изготовил
полтора года назад, и которая до сей поры работала
безукоризненно.
"Бред!" - подумал Петров и ринулся искать ошибку. Потом
весь вечер и всю ночь гонял программу в режиме трассировки,
но уловить момент, когда в утробе компьютера появлялись
отрицательные начисления, не мог.