"Анастасия Дубинина. Антиохийский священник (история про чудо) " - читать интересную книгу автора

Анастасия Дубинина

Антиохийский священник
(история про чудо)


"Бартелеми умер несколько дней спустя, и многие говорили, что
поскольку до ордалии он был совершенно здоров и полон жизни, столь
стремительная кончина была следствием испытания и свидетельствовала, что он
был защитником обмана, раз нашел погибель в огне. Другие же, напротив,
говорят, что он вышел из костра целым и невредимым, избегнув действия огня,
и толпа, в благочестивом исступлении бросившись на него, так напирала и
давила, что это было единственной и истинной причиной его смерти. Таким
образом, этот вопрос так и не был до конца разрешен и остается покрыт
великой тайной."
Гийом Тирский, "Historia rerum transmarinum"1.

"С франками был монах, которого они слушали. Он сказал им: "У Христа,
мир да будет над ним, было копье, которое закопали в Антиохии. Если найдете
его, то победите, а если не найдете - то это верная гибель". А до этого он
зарыл копье в одном месте и заровнял все следы."
Ибн Аль-Асир, "Полный свод всеобщей истории".


1. О графе Раймоне Тулузском, четвертом в своей династии, сеньоре
антиохийского священника.

...Кто не знает, что Боэмону Тарентскому нет равных в христианском
войске? Всем хорош мессир Боэмон, сицилийский правитель; даже византийская
принцесса не устояла перед его суровым обаянием, описала с восторгом его
мужественную красоту, признав его уступающим лишь одному императору "по
своей судьбе, красноречию и другим дарам природы". И в самом деле, ростом
мессир Боэмон превосходит любого другого вождя франков, волосы у него
светло-рыжие, как огонь, а взгляд - бледно-голубой, как выцветшее от жары
палестинское небо - мало кто может выдержать глаза в глаза. И хитер мессир
Боэмон, как новый Улисс, Улисс латинян; без него не было бы у франков
Антиохии! Куда уж Раймону Сен-Жиллю с ним равняться, сказал бы кто угодно,
заглянув на баронский совет, увидев, как возвышается князь Боэмон
Тарентский на целую голову над своим противником.
Раймон де Сен-Жилль ростом невысок, кожей смугл, да и сед изрядно.
Правда, поседела голова тулузского графа не от страхов и тревог - от
времени, ведь больше ему, чем полвека. Другой кто в такие годы уже и в
седло не станет подниматься - старость многое извиняет.
А поседел Раймон неравномерно - не в пегий однородный цвет, как серый
волк, а прядями: перемежаются черные локоны с белоснежными, прямые,
жесткие, постриженные до ушей. И не терял граф волос с течением лет, как
иные старики - нет, черная грива у него густая, блестящая, а борода, может,
была бы еще гуще, если бы не прошлась по его подбородку бритва лучше любой
извести. Как ни смешно это многим северянам, бреет провансалец бороду почти
что каждые три-дни; даже и при осаде Антиохии, когда воду и баронам