"Николай Иванович Дубов. На краю земли (повесть) " - читать интересную книгу автора

уходить из лагеря?
- Вы же сами сказали...
- Что я сказал? Я сказал, что дисциплина должна быть железная, и вы
обещали. Давайте условимся, граждане: я взял вас не для того, чтобы вы
баловали, а для серьезного дела. Если не хотите им заниматься или не умеете
соблюдать порядок, отправляйтесь по домам. Я отвечаю за вас перед
родителями. А как я отвечу, если что-нибудь случится?.. Решайте: или
строжайший порядок, или возвращение домой. Можете вы обещать, что больше
нарушений дисциплины не будет?
- Можем! Обещаем! - закричали мы, с облегчением вздохнув после этой
суровой речи.
Пашка обиженно сопел:
- Я же не нарочно... И вы сами говорили, что надо изучать... Дядя Миша!
Дайте мне ружье, я его убью...
- Кого?
- Зверя. Вы не захотели слушать, а я берлогу нашел.
- Какую берлогу?
- А того самого зверя, чьи следы возле телки... Я взял Дружка на
ремешок, и он повел меня по следу... Шел, шел, в кустах изодрался весь, а
все-таки нашел... Следы совсем такие, как там.
- И большая берлога?
- Большая!
- Ну какая - я, например, пролезу?
- Не...
- А ты сам?
Пашка посмотрел на себя и с сомнением покачал головой:
- Нет, должно, и я не пролезу. Вот разве Катеринка или Дружок...
- Так, может, это лисья нора?
- Я лисий след знаю, у нее совсем не такой - мелкий, цепочкой и как у
собаки... Там лисьих следов нет, это тот самый зверь... Дайте, дядя Миша, а?
- Ружье я тебе не дам. Это не игрушка.
- Ну, тогда сами убейте, - сказал Пашка с видом человека, решившегося
на крайнюю жертву.
- Нет, и сам не буду. Нельзя сразу угнаться за двумя зайцами. Геологи
берут оружие лишь на крайний случай, а не для того, чтобы высунув язык
бегать за дичью.
Это было все-таки жестоко с его стороны. Разве каждый день встречается
такая возможность? Ведь зверь-то неизвестный... может, даже новой породы...
Мы сидели мрачные, угрюмые, а дядя Миша как ни в чем не бывало писал
что-то в своей книжке. Наконец он кончил писать, спрятал книжку и
внимательно посмотрел на нас:
- Ну-с, молодые люди, насколько я понимаю, происходят похороны лучших
надежд? Великое открытие остается несовершенным и слава улепетывает из-под
самого носа? Говорил, что будем все исследовать, а сам никуда не пускает, и
ружья ему жалко... Так?
- Так, - вырвалось у Катеринки, и все засмеялись.
- Совсем не так! Записи нельзя откладывать на другой день. Вот теперь
можно отправляться. Только мы ведь наделаем столько шуму, что всех зверей
распугаем.
- Мы будем тихо, дядя Миша!