"Николай Иванович Дубов. На краю земли (повесть) " - читать интересную книгу автора

Мы слушаем с восхищением и все более возрастающей завистью. Почему же
нельзя у нас? Ведь Тыжа течет под самой деревней, так почему мы не можем
построить свою электростанцию?
Все чаще я замечаю, как наши бросают на Ивана Потаповича
требовательные, вопрошающие взгляды, а он все больше и больше суровеет.
На прощанье колтубовцы угощают нас. Они от души радуются своей станции,
гордятся ею и даже хвастают. Мы бы тоже, наверно, хвастались, будь у нас
такая станция, но хвастаться нам нечем...
Возвращаемся мы в мрачном молчании. Время от времени то один, то другой
оборачивается назад - туда, где за гривами горят отблески на облаках. Они,
как магнит, притягивают наши взгляды и мысли, и, хотя все молчат, я знаю,
что все думают об одном и том же.
- Эх и заживут они теперь! - мечтательно говорит Аннушка, едущая рядом
с нами.
Иван Потапович вскипает. Он, как и все, хотел бы, чтобы у нас была своя
электростанция, и то, что ее нет и все обращаются к нему, он, должно быть,
ощущает как упрек и потому сердится.
- А ты на чужое не зарься! - сердито отвечает он. - Не завидуй
чужому-то...
- Мы не завидуем, Иван Потапович, - откликается Даша. - А хорошему как
не радоваться?
- Тут, по-моему, - говорит подсевший к нам на телегу Федор
Елизарович, - зависти нету, а если есть, так это ничего. Зависть разная
бывает. Одно дело, когда человек только о себе думает, под себя гребет:
пусть у других не будет, лишь бы у него было, - это одно. А если он увидел
хорошее и сам к тому тянется - ничего в этом дурного нет, эта зависть
человеку на пользу. Мне такая зависть нравится... А колтубовцы молодцы,
ничего не скажешь!
- Да разве я не понимаю? Только ножки-то надо тянуть по одёжке,
замахиваться по силе-возможности, а не наобум. Колтубовцы и мне душу
растравили... А разве мы им ровня? Ты же член правления, знаешь, сколько у
нас в кошельке, так чего зря говорить!..
- Мы тому кошельку не сторожа, а хозяева, - как-то неопределенно
говорит Федор Елизарович.
Иван Потапович вместо ответа хлещет лошадь, и разговор больше не
возобновляется до самой деревни.

ЛИНИЯ ЖИЗНИ

Катеринка растравила нас еще больше: она без конца рассказывала, как
много света было у них в городе, как еду готовили на электрической плитке,
как ходили трамваи и что даже бывают вывески из электрических лампочек или
красных и синих трубок.
- Трубки - шут с ними! - сказал Генька. - Нам бы только станцию...
Мы пошли к Даше, чтобы поговорить с ней о вчерашнем, но не застали ее:
еще поутру она вместе с Федором Елизаровичем уехала в Колтубы.
Они приехали днем, и не одни, а вместе с Коржовым и техником. Даша и
техник сразу же ушли к Тыже, поднялись до излучины, потом повернули обратно
и спустились по Тыже километров пять или даже больше, то и дело
останавливаясь и осматривая берега.