"Фридрих Дюрренматт. Грек ищет гречанку (Комедия в прозе)" - читать интересную книгу автора

Фридрих Дюрренматт. Грек ищет гречанку. Комедия в прозе.
Friedrich Dьrrenmatt. Grieche sucht Griechin (1955).
Перевод с нем. Л. Черной.
Печатный источник: Дюрренматт, Фридрих. Избранное: Сборник: Пер. с
нем./Составл. В. Седельника; Предисл. Н. Павловой. - М.: Радуга, 1990. -
496 с. - (Мастера современной прозы). ISВN 5-05-002536-2
Scan, OCR, spellcheck: zrcadlo ([email protected]), 6 мая 2006.
----------------------------------------------------------------------------

Фридрих Дюрренматт
Грек ищет гречанку
Комедия в прозе
Перевод Л. Черной

1

Дождь шел и шел час за часом, ночь за ночью, день за днем, неделя за
неделей. Улицы, проспекты, скверы влажно поблескивали, вдоль тротуаров
неслись потоки воды, текли реки и ручейки; машины плыли, люди пробирались,
спрятавшись под зонтики, закутавшись в плащи; башмаки у них не просыхали,
чулки - хоть выжми; с кариатид, подпиравших балконы дворцов и гостиниц, с
лепных амурчиков и афродит на фасадах домов текло и капало, струи воды
перемешивались с размокшим птичьим пометом, голуби прятались на эллинском
фронтоне парламента, меж ног и торсов на историко-патриотических барельефах.
Кошмарный январь. А потом пошли туманы - и опять день за днем, неделя за
неделей; вспыхнула эпидемия гриппа; для людей порядочных, социально
обеспеченных она не столь уж опасна, грипп унес, правда, нескольких богатых
старичков и старушек, нескольких почтенных государственных мужей, но пачками
он косил только бездомных бродяг, ютившихся под мостами у реки. А дождь лил
и лил. Лил как из ведра.
Его звали Арнольф Архилохос, и мадам Билер за стойкой говорила:
- Бедняжка. Какое немыслимое имя. Огюст, принеси ему еще стакан молока.
А по воскресеньям она изрекала:
- Дай ему еще стакан перье.
Но ее муж Огюст, костлявый мужчина, занявший однажды первое место в
легендарной велогонке "Тур де Сюис" и второе в еще более легендарном
велокроссе "Тур де Франс" - он обслуживал посетителей в костюме гонщика, в
желтой майке победителя (ведь приходили все свои, болельщики), -
придерживался другого мнения об Архилохосе.
- Не понимаю, чем он тебе люб, Жоржетта, - говорил он утром, вставая с
постели или нежась под одеялом, а также вечером, когда публика расходилась и
экс-чемпион, забравшись за печку, мог подержать в тепле свои тощие волосатые
ноги, - не понимаю, чем люб этот Архилохос. Никакой он не мужчина, а просто
растяпа. Нельзя же всю жизнь ничего не пить, кроме молока и минеральной
воды.
- И ты прежде ничего другого не пил, - отвечала Жоржетта своим низким
голосом и подбоченивалась, а если она лежала в кровати, то складывала руки
на мощной груди.
- Согласен, - говорил Огюст после долгого размышления, во время
которого он не переставая массировал себе ноги. - Но у меня была цель: