"Стенли Эллин. Двенадцатая статуя" - читать интересную книгу автора

тем не менее он оставался кинопродюсером. Другие интересы деловыми
назвать никак нельзя; они были сосредоточены на свежих, едва
распустившихся девицах, не вполне созревших нимфах, еще более
соблазнительных для него именно из-за своей незрелости. Ах, как он
обожал их, со всем пылом задыхающегося, выкатившего глаза подростка.
Можно сказать, что он любил их почти так же сильно, как деньги.
- Кроме вас и вашей жены, синьор Гордон, еще двое видели в
последний раз пропавшего синьора. Один из них, Сайрус Голдсмит, был
режиссером картины, которую вы снимали, не так ли?
- Совершенно верно, комиссар.
Сай Голдсмит. Еще один тяжелый случай. Он начал свою карьеру
каскадером в ковбойских фильмах, стал директором группы у Де Милля -
одним из тех парней, которые руководят съемками состязаний на
колесницах и кавалерийских атак для маэстро. К тому времени, как он
стал режиссером и начал снимать всякую дешевку, его организм уже
усвоил слишком много демиллевских штук, что отнюдь не пошло ему на
пользу.
Все дело в том, что картины Де Милля, что там о них ни говори, как
зрелище поставлены безупречно. В каждой из них видно стремление к
техническому совершенству, любая деталь отделана мастерски. А ленты,
которые приходилось снимать Сайрусу, надо было пускать в прокат быстро
и по дешевке. Он и снимал их быстро и дешево, но каждый раз, делая
это, подвергал жестоким испытаниям свою чрезмерно развитую совесть,
изменяя всем стандартам тщательной, любовной работы над картиной,
которые укоренились в его сознании. Специалисты в области психологии
описали бы эту ситуацию так: человек, стремящийся к совершенству, но
вынужденный работать небрежно, подобен страдающему клаустрофобией,
который застрял в лифте между этажами. Приятная перспектива застрять
так до конца жизни!..
Вот что произошло с Сайрусом, вот почему он начал прикладываться к
бутылке все чаще и чаще, пока не приобрел славу опустившегося
неудачника, так что наконец единственным продюсером, который давал ему
работу, стал старый добрый Александр Файл, изо всех сил старающийся
сэкономить на съемках своих ужасных грошовых лент. Может, нашлись бы и
другие, готовые столь же милостиво отнестись к Сайрусу, но прискорбная
истина заключалась в том, что синьор Файл был единственным известным
Мелу продюсером, который со временем научился поддерживать Сайруса в
относительно трезвом состоянии в течение нескольких недель подряд,
чтобы вытянуть из него готовый фильм. Было не очень-то приятно
наблюдать, какими методами он добивается этого, разве что вам нравится
смотреть, как садист-дрессировщик заставляет престарелого льва
проделывать свои трюки. Такие, как Файл, умеют превращать слова в
орудие пытки.
Так как Файл был плюгав и тощ, а Сай высок и мускулист, ему,
конечно, доставляло извращенное удовольствие издеваться над беспомощно
смотревшей на него сверху вниз несчастной жертвой. Это могло играть не
меньшую роль в том, что он поручал Сайрусу съемку одного фильма за
другим, чем тот бесспорный факт, что Сай всегда выжимал все возможное
из дрянного сценария и выдавал сносный фильм за самую низкую цену.
- Относительно этого Сайруса Голдсмита, синьор Гордон...