"Харлан Эллисон. Дрейфуя у островков Лангерганса: 38-54? северной широты, 77-00?73? западной долготы" - читать интересную книгу автора

Харлан Эллисон

Дрейфуя у островков Лангерганса: 38°54? северной широты, 77°00?73? западной
долготы

Проснувшись однажды утром после беспокойной ночи, Моби Дик обнаружил,
что превратился на своем ложе из бурых водорослей в чудовищного Ахава[1]. С
трудом выбравшись из утробы влажных простыней, он проковылял на кухню и
набрал воды в чайник. Уголки глаз склеились. Он подставил голову под кран, и
по щекам потекла холодная вода.
Повсюду в гостиной были разбросаны дохлые бутылки. Сто одиннадцать
пустых бутылок из-под робитуссана и ромилара-CF[2]. Моби Дик-Ахав прошлепал
между ними к двери, приоткрыл ее - дневной свет больно ударил по глазам.
- О Господи, - пробормотал он и, зажмурившись, наклонился, чтобы
поднять газеты с крыльца.
В полумраке своего дома развернул газету. Заголовок гласил:
"БОЛИВИЙСКИЙ ПОСОЛ НАЙДЕН МЕРТВЫМ", ниже подробно описывалось, как было
обнаружено в брошенном холодильнике на пустыре в Сикокасе, штат Нью-Джерси,
зверски расчлененное тело посла.
Засвистел чайник.
Он отправился на кухню - совершенно голый. Проходя мимо аквариума,
заметил, что мерзкая рыба все еще жива, сегодня утром она что-то
насвистывала - казалось, щебечет голубая сойка, - а на поверхности мутной
воды лопаются пузырьки. Моби Дик-Ахав остановился возле цистерны с водой,
включил свет и вгляделся в волокна колеблющихся водорослей. Рыба ни за что
не желала умирать. Она убила остальных жителей цистерны - куда более
красивых и дружелюбных, и резвых, даже больших и опасных рыб - убила всех,
одну за другой, а потом выела им глаза. Теперь она плавала в аквариуме в
одиночестве - правительница своих грошовых владений.
Он пытался погубить рыбу всеми возможными способами - не шел лишь на
прямое убийство и не прекращал кормить; однако бледно-розовая скорпена
прекрасно чувствовала себя в темной грязной воде. А теперь она еще и запела,
как голубая сойка... Он ненавидел рыбу с такой страстью, что едва мог
сдерживаться.
Из пластмассовой коробочки высыпал на ладонь немного хлопьев, растер их
между пальцами, как советовали делать специалисты, и наблюдал за
разноцветными гранулами рыбного корма, молоки, семенников рыб, морских
креветок, личинок однодневок, овсяных хлопьев и яичного желтка, которые
несколько секунд плавали на поверхности воды, пока не вынырнула
отвратительная голова, чтобы пожрать все это.
Отвернулся, яростно проклиная рыбу. Она не желала умирать. Как и он
сам, это чудовище не желало умирать.
В кухне, наклонившись над кипящей водой, он впервые осознал смысл
положения, в котором оказался. И хотя он еще не подошел к той грани, за
которой человека поджидает пожирающее разум разложение, в воздухе уже
ощущалось отвратительное дыхание - так дикий зверь закатывает глаза, почуяв
аромат раздираемой на части падали - один лишь этот запах с каждым днем все
ближе подводил его к безумию.
Он поставил на кухонный стол чайник, чашку, достал два пакетика с чаем.
На специальной подставке, которую обычно использовали для поваренной книги,