"Михаил Емцев, Еремей Парнов. Желтые очи" - читать интересную книгу автора

М.ЕМЦЕВ, Е.ПАРНОВ

"ЖЕЛТЫЕ ОЧИ"


Когда Гартен добрался наконец до вершины и перед ним отк-
рылась бескрайняя голубая пустыня, надежда оставила его.
Там, в драконовых пещерах, ведомый шумом подземного пото-
ка, он еще на что-то надеялся.
Плененный свет обреченно метался под сводами пещеры, ску-
пым глянцем мерцал на поверхности стеклоподобной черной во-
ды. Из невидимых галерей доносился приглушенный свист, и
гулко, как ледышки, падали капли, срываясь с далеких готи-
ческих арок. Там была какая-то жизнь или видимость жизни,
какое-то движение.
Пустыня же показалась ему безбрежным оледеневшим морем,
зачарованно и страшно мерцающим в мертвых лучах синего солн-
ца. Она лежала под ним и простиралась перед ним. И ничего
больше не увидел он в туманной дали горизонта.
Сорок семь суток он надеялся выжить. Сорок семь раз
встречал и провожал красное и это синее солнце Анизателлы,
надеясь на завтра. Но пустыня доконала его. И он подумал,
что скоро настанет день, когда для него не будет завтра. Для
всех, во всяком случае для многих, завтра будет, а для него
- нет,
Он и раньше изредка задумывался о смерти. Но ему никогда
не удавалось представить себе мир без него, Гартена.
"Как это может быть, что меня вдруг нет? - думал он. -
Все вокруг есть, а меня нет. И мир существует по-прежнему, и
ничего не изменилось, а меня нет. Где же я?"
Он даже воображал себя мертвым, но почему-то наделенным
способностью мыслить. Не чувствовать, а только мыслить. Да и
мыслить лишь о том, как мир относится к тому, что его вдруг
не стало. Но Гартен, как всякий молодой и здоровый человек,
редко думал об этом. И мысли о смерти незаметно и скоро вы-
теснялись привычными житейскими заботами. Лишь иногда ночью
что-то властно и жестоко сжимало ему сердце. Так бывает со
всеми, и это чувство знакомо всем. И Гартен не составлял
исключения. Может быть, только засыпал он скорее других и
спал почти без сновидений.
Но сейчас, глядя на голубое пространство, на четкие синие
тени, отбрасываемые редкими валунами, он впервые ясно понял,
что все здесь останется таким же. И чьи-то чужие глаза через
столетия увидят то же холодное, отрешенное пространство.
"И все останется таким же, и Земля, и улицы..." - подумал
он и не испугался этой обнаженной и ясной истины. Он понял
ее не только умом, но и сердцем. Понял и принял.
Когда его разведывательный конвертоплан потерпел аварию
вдалеке от обжитых районов Аделаиды и Мирного, он даже зас-
меялся, поняв, что чудом остался жив. Копаясь в груде иска-