"Венедикт Ерофеев. Диссиденты, или Фанни Каплан (Наброски трагедии) " - читать интересную книгу автора

Очень бойко принимают посуду Л ж е д м и т р и й 1 и Л ж е д м и т р и
й 2. Но слишком часто закрывают "окошко" и размышляют о судьбах Вселенной
под грохот и стуки в окошко (нетерпеливой очереди). Обычно они справляются о
времени у сидящего на полу В и т а л и к а:

- Виталик! Набери номер королевы Нидерландов Беатрикс и узнай - пора ли
открывать лавочку. - В и т а л и к снимает "тапочек" - прикладывает к уху -
долго молчит - как в телефонную трубку: - Пора!

Внутренняя архитектура приемного пункта. Сдвоенные, счетверенные ряды
ящиков уходят вдаль, меж ними остаются мокрые и нечистые пустоты -
превосходные места действия, поскольку почти совершенно скрыты от зрителей.
Да и зачем зрителю видеть все. Ему лучше б вообще не видеть. Такого же
суждения и приемщики - Л ж е д м и т р и й 1 и 2: окошечко приема такое
махонькое, что сдающим посуду занудам приходится пропихивать свой товар,
изогнувшись в поясе, а посуде продвигаться к Л ж е д м и т р и я м, лежа на
боку.
Пока это окошечко наглухо закрыто, но остается средоточием 1-го акта. Л
ж е д м и т р и й 1 и Л ж е д м и т р и й 2 сидят от него на расстоянии и
беседуют вот о чем:

Л ж. 1. И ты никуда-никуда весь вечер не выходил, Дима, и ничем-ничем
не занимался? Ха-ха-ха... Ведь этот фармазон, который отбил у тебя твою
белую попочку...
Л ж. 2. Не говори мне об этом, Митя. И что значит: ничем-ничем не
занимался? Я сокрушен был сердцем. А разве это не занятие? И так начиналось
крушение: я погрустил, погрустил, потужил-потужил, а потом кручиниться
начал. Кручинился-кручинился, а потом начал сызнова тужить, но еще без
сокрушения сердца. И вот так часа два-три грустил, как Богоматерь, как вдруг
почувствовал в себе прилив какой-то новой кручины... И от этого совсем
пригорюнился... Какое качество, Митя, ты больше всего ценишь в человеке?..
скажи мне...
Л ж. 1. Пожалуй, незадачливость. Я и тебя за это люблю. И
матушку-Родину люблю за это же самое. Но ты ведь юн, а Родина готовится к
своей кончине... Теперь входит в моду все на свете делать посмертно. Так
вот: я бы, посмертно, лишил мою Родину ее материнских прав.
Л ж. 2. Ты, Митя, бездуховен и свиреп... Нельзя же...
Л ж. 1. Это я! - я-то свиреп и бездуховен!? Даже Каплан сказал мне, что
духовных запасов у меня до хуя и больше. А высших упований - что собак
нерезаных! А святых порывов - столько, что их до Ленинграда раком не
переставить!..
Л ж. 2. (с укоризною). Митя!..
Л ж. 1. Ничего, ничего. Отчизна дышит на ладан, мне это понятно, как
день. Как ее последний день. И кто там кого в этом обгонит, мне понятно
тоже. Украина лидирует у нас по близорукости, Молдавия - по столбняку,
Приморский край - по клещевому энцефалиту, Кольский полуостров - по
аппендициту, Литва - по ревматизму, Якутия - по мочекаменным болезням, а
Северная Осетия - по эндемическому зобу. А столица Москва - по
функциональным расстройствам, психозам и реактивным состояниям. И
грамотность не спасет. Да и о какой грамотности можно ляпать, коли уж мы