"Сергей Федотов. Легок на помине (рассказ)" - читать интересную книгу автора

-----------------

Проксима из созвездия Центавра, как утверждают ученые астрономы, -
ближайшая к Солнцу звезда. На одной из ее планет с непроизносимым по
законам нашего языка и невоспринимаемым ухом названием установлен памятник
землянину. Белым золотом по золоту черному на постаменте выведено: "Первому
контактеру, глаза бы его не видели!" - если локационные органы перевести
как глаза.

Местные жители, центавры - а самоназвания нам все равно не выговорить! -
владеют искусством телепортации. Наловчились друг друга в пространстве
мгновенно перемещать. Для этого один центавр должен только захотеть увидеть
другого, а второй хотя бы неосознанно на свидание согласиться.

С незапамятных времен центавров, которых легко телепортировать, называли
легкими на помине. Встречались и тяжелые на подъем. Бывали и вовсе
нетранспортабельные. Такие вымерли в суровых условиях борьбы за
существование вида. Желаешь его увидеть, а он и с места не двинется. Но в
одиночку род не продолжишь, сами понимаете.

При телепортации очень важно уметь сосредоточиться на желании увидеть
кого-либо. И тут не обошлось без виртуозов и неумех. Первые ценились. Во
время охоты, покорения опасных путей или губительных звездных смерчах их
берегли. Ставили в сторонку для страховки неумех, которых и посылали в
самое пекло.

Произошло расслоение. Разумные разделились на желанных и не желанных. К
неумехам относились с подозрением. Считалось, что они просто не желают
переместить попавшего в беду соплеменника - вызволить из пропасти или
перенести подальше от пасти хищника. В некоторых, наиболее диких племенах
нежеланных просто убивали. Боролись с эгоизмом.

В пример неумехам ставили желанных - виртуозов желания. Вот уж кто
частенько выручал в минуты опасности прочих представителей рода разумных.
На неудачи виртуозов, спасавших малоуважаемых сородичей, смотрели сквозь
пальцы (дословный перевод: локация сквозь клешни).

Так и сложился современный генотип хозяев планеты.

Наступила эра освоения космоса. И выяснилось, что запустить корабль с
центавром на борту практически невозможно. Едва космолет выйдет на орбиту,
а то и раньше, пока стоит на стапелях, кто-нибудь из оставшихся не
выдержит.

- Жаль, что рядом с нами нет сейчас героя космоса, - вздохнет он. - Выпил
бы с нами аш два о да закусил натрий хлором! То-то бы погуляли...

И в ту же секунду пилот оказывается на дружеской пирушке. Здесь он
испытывает пусть не космические, но тоже сильные перегрузки. За ним
наперебой ухаживают, каждый норовит из своей чаши угостить. А космонавт не