"Никита Филатов. Танец с саблями " - читать интересную книгу автора

ли чего привидится в горячке боя! И вполне резонно требовало предьявлять
доказательства подвига - труп, или ещё что-нибудь в том же духе...
Вот и повадились "гвардейцы" убитым разведчикам уши резать. Не из-за
какой-то особой жестокости или коварства, нет! Просто для отчета.
И не то, чтобы часто им это удавалось, но... война есть война - без
потерь не обходится. Приятно, конечно, смотреть, когда Шварц или Норрис "в
одни ворота" чужих автоматчиков крошат, в жизни же все далеко не так гладко.
Потому как, с той стороны тоже не детский сад воюет!
Вот и самому Тайсону как-то не повезло: две пули в "броник", одна по
каске. Упал, конечно - не дышит, не шевелится. Лицо в крови... Покойник,
одним словом.
И джигит-гвардеец, видимо, так же решил. Под шумок заполз поближе,
чиркнул ножиком - и обратно, предьявлять к оплате вещественное
доказательство.
А капитан остался лежать - живой, контуженый только на совесть... но
уже без уха.
Еще хорошо, что местные воинские обычаи и славные боевые традиции
федеральных войск не требовали снятия скальпов! Впрочем, в тот момент он
даже на такую мерзость никак бы не отреагировал - все-таки, тройной удар...
Это же только в головоломных сюжетах советских фантастов, перековавшихся от
безденежья в писатели-детективщики, главный герой лишь почесывается после
прямых попаданий. На самом деле - даже если выдержат и каска, и
бронежилет! - удар получается такой силы, что потом долгое время пребываешь
в прострации и некотором изумлении. Жизнь возвращается медленно и неохотно,
в основном через боль от поломанных ребер и кровавые круги перед глазами...
Словом, ухо командирское так и не вернули - засада от долгого боя с
разведчиками уклонилась, а преследовать "гвардейцев" по горам не было ни
сил, ни возможности. Зато сам легендарный Тайсон уже через неделю появился в
расположении роты: с бинтами на черепе и физиономией человека, в любую
минуту ожидающего подначки от товарищей по оружию.
Долго ждать, впрочем, не пришлось. После первых же "боевых" лучший
друг, взводный Лапин порылся в карманах и вытащил на свет Божий нечто,
завернутое в тряпицу:
- Командир... Не подойдет, нет? Мы тут "духа" завалили, ему уже не
потребуется.
- Р-размер не мой!
До классического мордобоя дело тогда не дошло - и начало "охоте за
ракушками" было положено. Со временем оформились и неписаные правила:
например, полноценной добычей считались только уши "гвардейцев" - парней из
партизанского спецназа. Остальные котировались в соотношении один к двум, а
за попытку подсунуть товарищам по оружию женское ухо вообще могли на месяц
отстранить от выездов на операции... Обнаружились и народные умельцы,
специализировавшиеся на вялении и консервации "трофеев".
Атмосфера состязательности и боевого азарта - в духе забытых уже
социалистических соревнований - молниеносно овладела взводами и ротами
"бешеных". От разведчиков перекинулся в другие армейские подразделения,
дошел до штабов...
Вскоре после этого капитана и отозвали в распоряжение командующего
Группировкой. А потом, по слухам, то ли комиссовали вчистую, то ли направили
на учебу в какую-то из многочисленных академий.