"Дик Фрэнсис. Спорт королев" - читать интересную книгу автора

или Европу, или на лодке путешествуем по рекам Норфолка. Мы всегда в
движении, чтобы каждый день видеть новые ландшафты, запоминать новые места.
Мы едем, куда хотим и когда хотим, не планируя заранее и не придавая
значения времени ленча или обеда, установленному традициями, и не советуясь
ни с кем, кроме как со своим желанием. Ленивое и бесцельное путешествие -
лучший отдых для нас обоих, мы чувствуем, как каждый день восстанавливаются
силы. Но от бессмысленного лежания на песке и загорания я только устаю,
потому что каждую минуту меня тревожит мысль, мол, надо куда-то пойти и
что-то сделать. Даже если это дело - всего лишь игра в теннис или поход с
детьми вдоль берега за мороженым.
И неудивительно, что меня только радуют ежедневные поездки на
ипподромы, даже когда стоит туман или на дорогах пробки. Редко такие
путешествия кажутся мне скучными. К несчастью, дорожные проблемы
подстерегают нас почти каждое воскресенье, ведь мы всегда направляемся туда,
где собирается много народа. Очереди машин, стоящих на подъездах к
Ливерпулю, Челтенхему, Бангеру-он-Ди, иногда бывают такими длинными и
неподвижными, что жокеи, участвующие в первых заездах, предпочитают идти по
обочине пешком, чтобы успеть вовремя.
Когда в 1946 году я начинал свою карьеру жокея, нормирование бензина,
введенное во время войны, еще строго соблюдалось, и я пришел к мысли, что
лучше купить самолет и летать в нем на скачки. Тогда можно было недорого
купить "Остер", а топливо для него свободно продавалось. Жокеи гладких
скачек прилетали на самолетах, их машины садились на беговых дорожках, и это
никому не казалось удивительным. Но два момента поломали мои бодрые планы.
Первый и неодолимый - погода. Очень часто в дни, когда скачки были
возможны, полеты были невозможны. Порывистые ветры, низкие облака, плохая
видимость и ливневые грозы помешали бы мне приземлиться, и зимними вечерами
пришлось бы возвращаться домой в полной темноте.
Второй - огромное количество правил и ограничений, которые давили на
желающего быть частным пилотом. К примеру, для каждого взлета и посадки
пришлось бы получать разрешение в трех инстанциях. Самолет предстояло
оставлять в ближайшем гражданском аэропорту и в день полета все равно
приезжать за ним на машине. Кроме того, нужно было нанять механика, который
проверял бы исправность двигателя после каждых десяти часов полета. Конечно,
я бы мог это делать и сам, но без механика мне бы не дали удостоверения, а
без удостоверения не разрешили бы летать.
Короче говоря, я пришел к выводу: полеты потребуют от меня столько
работы на земле, что я быстрее попаду на скачки, если воспользуюсь машиной.
И, стоя в очереди машин с милю длиной, я мечтал об "Остере", который за
минуты перенес бы меня на скаковую дорожку.
Таким образом, зимой шесть дней в неделю, кроме снежных и морозных, мы
проводили в дороге, переезжая с ипподрома на ипподром. В среднем за неделю
мы проезжали по семьсот миль и осмотрели всю страну.
Мне нравилась такая жизнь. Я люблю движение и всегда находил новые
тихие дороги, минуя транспортные пробки и города. Все, чей бизнес - скачки,
путешествуют по одним и тем же маршрутам. Можно вечером сказать друзьям "до
свидания" в Кенте и на следующее утро поприветствовать их в Шропшире.
Мы подружились со многими людьми, живущими в деревнях возле ипподромов,
и встречались с ними три-четыре раза в год. И, по-моему, очень приятно,
когда работа не только что позволяет, но даже заставляет тебя переезжать от