"Макс Фрай. Русские инородные сказки - 3" - читать интересную книгу автора

дальше - ты сворачиваешь направо: там, где у последней пятиэтажки строится
новый дом, я вижу перед собою заснеженный рот котлована. Стоя на самом краю
его, вижу тебя - ты стоишь на коленях на самом его дне и прижимаешь что-то к
груди, качаешь это что-то на руках, так мать качает ребенка. Я слышу твой
тихий плач, я слышу скрип снега: кто-то движется к тебе, но ты не обращаешь
ни на что внимания, ты баюкаешь что-то на своей груди, что-то говоришь ему
сквозь слезы, но я не различаю твоих слов: я уже не в силах справляться с
охватившим меня ужасом, бегу прочь, бегу, заглушая скрипом снега этот полный
неподдельного горя плач. Я запираюсь в квартире и, не зажигая света, жду
тебя до утра, прислушиваюсь к звукам на лестнице, но тебя все нет, лишь воет
в подъезде ветер да шипит сигарета во рту.
Стояла зима, тогда, утром, открыв дверь, на заплеванном кафеле
лестничной клетки я нашел то, над чем плакала ты этой ночью, то, что ты
прижимала к груди, - почтовый ящик, пустая коробка, покрытая пятнами
ржавчины и коричневыми чешуйками облупившейся краски.
В тот раз один из них сказал: "Бог умер, нам нечего делать на небе",
потом стоял, улыбался. Сегодня же, когда он стоял и жадно курил, я
почувствовал: ты - где-то рядом, спустя мгновение я нахожу тебя взглядом. У
тебя лицо испачкано морщинами, обескровленная гусеница рта подрагивает от
холода. Тот, который рассказывал, от чего наступает ночь, докуривает
сигарету, сплевывает ее под ноги, давит подошвой. "Вы нам, конечно, не
верите?" - вопрос звучит утверждением. "Сегодня мы покажем вам" - у них, у
четверых, на лице скука. "Сегодня мы покажем вам, что все, о чем мы
говорили, - правда". Они расправляют крылья, люди отходят от них,
освобождают им место для взлета. Я проталкиваюсь к тебе сквозь толпу, беру
тебя за руку, молча, затем веду тебя в дом, к себе. Какое-то время они
стоят, хлопают крыльями, затем, наконец, подпрыгивают, смешно так, и вот они
уже кружат над толпою все пятеро: ангелы и их голубь, в тишине, словно
аплодисменты, бьются о воздух их крылья. Вдруг просыпается ветер, люди
смотрят вверх, придерживая руками свои головные уборы. Я тащу тебя по
лестнице вверх, ты почти не сопротивляешься, уставшая и молчаливая, мы
успеваем вбежать в квартиру и захлопнуть дверь еще до того, как ангелы сели
на край неба и, перевернув его навзничь, показали людям ночь, я прижимаю
тебя к груди, обнимаю твои дрожащие плечи, баюкаю тебя, словно ребенка, но
ты молчишь, ты улыбаешься. Сейчас самое время молчать - никого нет рядом с
кроватью, больше никто никогда не принесет нам никакого письма, не оставит
его у наших дверей: для тех, кто живет на другой стороне неба, Бог
по-прежнему жив, и им не нужно объяснять, от чего наступает ночь. Здесь же,
в самой глубине тишины, я обнимаю тебя, пока ветер, забытый ангелами
впопыхах на этой стороне неба, скучает в колодце двора, топчется от стены к
стене, вздыхает обиженно.
(C)Сергей Кошкин, 2005

Лея Любомирская

Детская Сказка на Ночь

Погода была ужасная.
Вот так всегда. За весь год с неба может не упасть ни капли, посевы
изжарятся на корню, овцы передохнут от жажды, фермеры станут выходить на