"Холли Габбер. Мозаичная ловушка" - читать интересную книгу автора

одно это сразу проводило жирную границу между ним и армией его соратников по
виртуальному делу. Во-вторых, он являлся всеобщим любимцем, все его знали, в
любой компании он сразу становился душой общества - словом, Серхио относился
к разряду тех людей, при упоминании которых все начинают благостно и
просветленно улыбаться. И даже то, что он постоянно негромко напевал и
регулярно рассказывал старые как мир байки, никого не раздражало - а это уже
можно было назвать явлением уникальным.
Саманта очень любила Серхио - той нежной абстрактной любовью, какой его
любили человек двести, но относиться к нему серьезно просто не могла и
называла его или барашком (смуглый темноволосый Серхио был кучеряв, как
молодой Джин Уайлдер), или - по аналогии с новомодным голливудским актером -
мальчиком-игрушкой. Второе определение, пожалуй, подходило к нему даже
больше: когда безудержно эмоциональный Серхио расстраивался, углы его пухлых
губ так жалобно, по-детски опускались, что Саманте хотелось немедленно
одарить бедняжку плюшевым медведем или куском яблочного пирога. Во время
игры Серхио менял свои обычные очки на другие - с затемненными стеклами,
чтобы никто не видел выражения его глаз. Тщетно! Эмоции, как положительные,
так и отрицательные, все равно били искристым фейерверком: сдерживать свои
чувства Серхио удавалось с таким же сомнительным успехом, как дышать под
водой.
На телевидение Серхио попал случайно, но, уж попав, довольно быстро
осознал, что одной лишь деятельности на ниве компьютерных свершений ему
недостаточно. Вначале, по его словам, его стали терзать смутное беспокойство
и неясное томление, а затем он вдруг понял, чем должен заняться, и - к ужасу
окружающих - начал строчить сценарии "мыльных опер" и регулярно подавать
заявки на их запуск. При ближайшем рассмотрении каждый раз выяснялось, что
сериал такого жанра с аналогичным сюжетом и подобными героями уже
существует. Узнав об этом, Серхио не расстраивался и не опускал руки.
"Точно! - говорил он радостно. - А я-то думал: почему мне так легко
сочиняется?" Он опечалился лишь один раз, когда подал заявку на
драматический сериал про жизнь врачей некоей крупной больницы. Ему
намекнули, что "Скорая помощь" идет уже не первый год. "Ну хорошо, - сказал
упорный Серхио, - тогда пусть один врач будет ино-планетянин, и пусть он
влюбится в земную медсестру!" Но даже с такой поправкой заявка не прошла.
- Подумать только, - заметила Саманта, усаживаясь рядом с Серхио. -
Кажется, в последний раз я сидела за этим столом каких-нибудь два часа
назад. О, и прожженное пятнышко на месте... Привет, пятнышко! А ведь мы не
были здесь целых полтора месяца! Целых шесть сред бездарно выпали из жизни -
и лишь потому, что Оскар вздумал разводиться... Кто бы мог подумать: они
всегда казались такой прочной парой. Да, скучноватой, пресной, лишенной
сильных взаимных чувств, но на редкость прочной. Интересно, сколько они
прожили вместе?
- Лет десять, не меньше. Но особых страданий ни у той, ни у другой
стороны не наблюдается. Я видел Оскара пару дней назад - он такой же, как
обычно, тюфяк тюфяком, сонные глазки и дымящаяся трубка в зубах. По нему и
не скажешь, что он переживает. А вообще-то должен: это ведь она ушла от него
к другому.
- Не знаешь к кому?
- К какому-то преуспевающему юристу, который вел ее дела при получении
наследства. Мадам резво подсуетилась - ей ведь хорошо за сорок... Вот так,