"Юлия Евгеньевна Галанина. Да, та самая миледи " - читать интересную книгу автора

Жозеф, уверяющий, что для крепкого сна на ночь не следует читать ничего,
кроме молитвенника.
Но каяться поздно, бессонная ночь обеспечена.
Придется вспоминать...
Вот и полночь.


ГЛАВА ПЕРВАЯ


ЛАРЕЦ С ИНСТРУКЦИЯМИ


Невольно приходит на память завязка этой истории. Право, она как
привратник, стоит на страже остальных воспоминаний, не пуская их дальше.
Ну что ж, начнем с нее. Пусть вспоминается, как вспоминается...
В первый понедельник апреля 1625 года карета, в которой я находилась,
считала выбоины на дороге ведущей к городку Менгу, если не ошибаюсь,
знаменитого только тем (не считая конечно моего посещения, которое сделало
честь этому месту), что здесь родился автор "Романа о розе". Вот бедолага!
День начинался препаршиво и прошел в полном соответствии со своим
началом.
Во- первых, мы опаздывали.
Де Рошфор, конюший кардинала де Ришелье, срочно вызвавший меня на
встречу в Менг, с утра ждал в гостинице "Вольный мельник". А ждать он
терпеть не мог, да и я не люблю опаздывать. Но за час до городка неожиданно
полетело колесо, пришлось стоять над людьми с хлыстом наготове, чтобы
поломка исправилась в предельно короткие сроки.
Во- вторых, было слишком жарко и пыльно. Даже странно для апреля. Может
быть это было даже во-первых.
В- третьих, при внезапной остановке кареты я сломала ноготь.
В общем, было от чего прийти в ярость. Видимо, это почувствовал кучер,
потому что он сумел расшевелить своих ленивых нормандских подопечных.
Громыхая колесами, карета ворвалась в Менг. Оставив на Главной улице и в
истории города отпечатки своих колес, она остановилась у "Вольного
мельника", возле которого уже нетерпеливо маячила хорошо мне знакомая
высокая темноволосая фигура в фиолетовом мятом дорожном костюме.
На удивление, Рошфор был в довольно спокойном расположении духа.
Оказывается, он отвел душу в ссоре с каким-то гасконским юнцом, трусящим на
оранжевой кляче в Париж (а куда же еще могут направляться горячие головы?!).
Даже подобие улыбки пряталось в его глазах и губах, правда, не знающий
Рошфора сказал бы, что в жизни не встречал более холодного и высокомерного
лица. Стоя на подножке моей кареты, он подробно рассказывал все перипетии
своего развлечения.
- Итак, Его Высокопреосвященство приказывает мне... - пришлось
намекнуть Рошфору, чтобы он перешел, наконец, от самых замечательных цитат
из рекомендательного письма этого юноши, адресованного де Тревилю, к делу,
за которым меня вызвали в Менг.
- ...немедленно вернуться в Англию и оттуда сразу же прислать
сообщение, если герцог покинет Лондон.