"Мария Галина. Покрывало для Аваддона (Повесть)" - читать интересную книгу автора

- Много же у вас родственников, - сочувственно говорит сторожиха.
- Да уж, - соглашается Августа.
Сторожихе они по барабану, она живет с другого, но рано или поздно
вполне можно напороться на конкурентов.
У колонки Ленка останавливается, чтобы набрать воды в пластиковые
бутыли и заодно побрызгать себе за шиворот. Над раскаленными плитами могил,
над гранитом "лопарская кровь" и черным kабрадором плывет марево.
- Ну где он, твой Гершензон Четырнадцатый? - устало спрашивает
Ленка. - Долго еще?
- У южной стены, - говорит Августа, вглядываясь в аккуратно
вычерченный план, - пятая линия.
- Ох, не люблю я этот участок, - говорит Ленка, - безлюдный он
какой-то...
- Зато тихо, - возражает аутичная Августа. - Тихо, спокойно...
- Там пролом, в южной стене. И если через него полезут насильники,
никто даже и не почешется.
- Да кто на нас польстится? Ты только посмотри - мы же хуже попрошаек
кладбищенских... морды в пыли, одежда в краске. Давай-ка повнимательней.
Это где-то здесь.
Этот участок особенно заросший и запущенный. Над ним витает
кладбищенский дух запустения, материализуясь в сухом бурьяне и расползшемся
шиповнике.
- Ага, - говорит Ленка, - вот и он. Гершензон Моисей Самуилович.
Девяносто восьмой - восемьдесят восьмой.
- Михаил Семенович, - уточняет Августа, сверяясь с гроссбухом.
- А даты?
- Даты те. Крепкий был старик. Но меня смущает имя.
- Августа, - говорит Ленка, - обычное дело. Веяние времени. Не он
первый.
- Да, но они же ясно написали...
- Они впали в маразм и забыли, как его звали на самом деле. Ты чего
хочешь? Четырнадцатый участок. Пятая линия. Все путем. Доставай секатор.
Будем прорубаться.
Прореженный шиповник постепенно приобретает пристойные очертания.
Ветки Ленка сносит на кучку в углу могилы. На руках у нее шерстяные
варежки. Августа, присев на корточки, обновляет надпись колонковой
кисточкой.
- Ты прочла "Улисса"? - спрашивает она не оборачиваясь.
- Нет еще, - виновато говорит Ленка. На самом деле она честно
пыталась, но осилила два первых абзаца. Но ей неудобно признаваться в этом
Августе.
- Это великая вещь, - говорит Августа. - Великая. И великолепно
структурирована. Столько аллюзий...
- Ага. - Ленка нагибается за очередной охапкой. - Я обязательно.
"Улисса" обсудить не получается, но Августа гнет свое, потому что
обстановка располагает к задушевной беседе о высоком:
- Давно хотела тебя спросить, Лена, каббала - это что такое?
- Мистическое учение, - отвечает Ленка.
- Без тебя знаю. Но что оно может? Конкретно?
Ленке очень хочется проявить себя с лучшей стороны, но понятия о