"Север Гансовский. Мечта (Авт.сб. "Три шага к опасности")" - читать интересную книгу автора

взлетишь. Как хотелось бы, чтоб это было.
- А я верю, - сказал Биолог. Он встал, затем сразу сел и заложил ногу
на ногу. - Вы знаете, я верю. И вот почему. Потому что мечта - я много
думал об этом - вовсе не представляется мне чем-то стоящим уже совершенно
далеко от действительности. В самом деле. Каждый ребенок мечтает летать
вот так - силой желания. Да и не только ребенок. Не может быть, чтобы это
были одни мечты. Если мы хотим быть материалистами и марксистами, мы
должны понимать, что наши желания - а особенно длительные и упорные,
проходящие через всю историю человечества, - возникают не просто так, а в
конечном счете на материальной почве заложенных в организме возможностей.
Что такое мечта? Разве она есть что-нибудь уж совсем противоположное
действительности? Конечно, нет. И разум человека, и драгоценная
способность мечтать не лежат где-то вне природы и не противоречат ей.
Мечта - это законная дочь разума, который, в свою очередь, законный сын
природы и человеческого общества. Это звучит напыщенно, но так оно и есть.
- Он посмотрел на Строителя. - Одним словом, я верю в то, что было с вашим
другом. Естественно, сейчас это кажется невероятным. Но сто лет назад
невероятностью казалось превращение энергии в материю, например. Одним
словом, я убежден, что человек полетит. И, может быть, очень скоро.
- Заметьте, - сказал Медик, - что все три раза этот человек ощущал в
себе эту способность в периоды особенно сильных общественных переживаний.
Во времена напряженного ожидания войны, в минуты любви, ненависти, жалости
и радости... Да, кстати, - он повернулся к Строителю, - вы говорили, что
уже сейчас есть ключ, который поможет очеловечить науку. Даст ей
возможность превзойти себя.
- Есть, - ответил Строитель. - Искусство.
- Искусство? - переспросил Поэт.
- Да. Метод познания действительности, который человечен по самому
своему характеру. Человековедение. Понимаете, в нем есть все, чего не
хватает сейчас науке, когда она подходит к человеку. Гуманизм,
целостность, способность мыслить более общими категориями и вместе с тем
чрезвычайно изощренные и неожиданные связи, сопоставления и отношения. Я
уверен, уже в недалеком будущем наука, для того чтобы двигаться дальше, не
сможет не позвать себе на помощь искусство. И даже не позвать на помощь, а
просто подойти и стать с ним рядом. И этот синтез двух начал, которым так
долго пришлось существовать отдельно, и будет новым шагом знания.
- Уф-ф-ф, - вздохнул Поэт. - Говорим целый вечер и наконец-то коснулись
искусства. Вот скажите, - он обратился к Физику, - кого вы любите читать?
Кто помогает вам в работе? Есть же кто-нибудь, да?
- Стендаль, - ответил Физик. - В частности "Люсьен Левен". Он мне дает
настрой.
- Вот именно, настрой. Он помогает чем-то таким, чего не выразить точно
словами... Понимаете, я долго не мог сообразить, чем раздражала меня та
дискуссия, которая прошла в молодежных газетах: "Возьмет ли человек с
собой с космос ветку сирени?" Теперь я понял и отвечаю на этот
риторический вопрос отрицательно. Не возьмет. Потому что здесь - в такой
постановке вопроса - искусство мыслится как пассивный момент любования
прекрасным. Как фактор отдыха. Но ведь дело не в этом. Искусство - ветвь
познания. Именно в этом качестве человек возьмет его повсюду. Он просто не
сможет без него. Но с ним будет не ветка сирени, а то, что воспитано