"Уильям Гас. Мальчишка Педерсенов" - читать интересную книгу автора

Чайник свистел.
А с этим что делать? спросила мать.
Погоди, Хед. Ну-ка, зови. Я устал разговаривать. Зови, слышишь?
С этим что делать? Все мокрое, сказала она.
Я пошел будить отца. Он не любил, когда его поднимали. Ему далеко и
тяжело выбираться оттуда, где у него сон. А до мальчишки Педерсенов ему
столько же дела, сколько мне. Мальчишка Педерсенов - это просто мальчиш-
ка. Он мало значит. Не то что я. И папа разозлится сослепу, выбираясь
оттуда, где у него сон. Я решил, что ненавижу Большого Ханса - хотя для
меня это никакая не новость. Я ненавидел Большого Ханса, потому что
знал, как заморгает на меня папа - как будто я снег под солнцем и хочу
его ослепить. Глаза у него были старые и всегда-то плохо видели, а на-
лившись виски, выпучатся на меня и загорятся красной злобой. Я решил,
что и мальчишку Педерсенов ненавижу - за то, что умирает там без меня и
даже посмотреть не могу на это, - умирает, чтобы Хансу было интересно, а
я должен наверх идти по скрипучей лестнице и выстуженному коридору туда,
где папа лежит, как куча навоза под снегом, храпит и свищет. Плевать ему
на мальчишку Педерсенов. Ему мальчишка Педерсенов ни к чему. Ни к чему,
чтобы его будили, сливали его выпивку мальчишке в зоб, а вдобавок занач-
ку его раскрыли. Это его и трезвого разозлило бы. Я старался не спешить,
хотя зяб и мальчишка Педерсенов лежал на кухне.
Отец был весь завален, как я и думал. Я толкнул его в плечо и позвал
по имени. Имя, наверно, он услышал. Храпеть перестал, но не пошевелился,
только отвалился вбок, когда я его толкнул. Одеяло сползло с его тощей
шеи, и я увидел его голову, всю в белом пуху, как одуванчик, но лицо бы-
ло повернуто к стене, бледная тень носа лежала на штукатурке, и я поду-
мал: сейчас ты не очень-то похож на пьяного драчуна. Но что он спит, я
не был уверен. Затейливый был, гад. Имя свое услышал. Я тряхнул его по-
сильнее и подал голос: пап-пап-пап.
Я слишком низко наклонился. Знал же его. Он всегда спал у стенки, и к
нему приходилось тянуться. Хитрый. Всегда брал врасплох. Я помнил это,
но думал про мальчишку Педерсенов, голого, в тесте. Когда папа выбросил
руку, я пригнулся, но он попал мне сбоку по шее, глаза затянуло слезами,
и я отпрянул, чтобы прокашляться. Отец лежал на боку, глядел на меня и
моргал, а кулак его отдыхал на подушке.
Пошел отсюда к черту.
Я ничего не сказал - в горле что-то мешало, - но следил за ним. К не-
му подойти - все равно что к злой кобыле сзади. Но что ударил меня - хо-
рошо. Не попал бы - еще хуже разозлился бы.
Пошел отсюда к черту.
Меня Ханс послал. Велел тебя разбудить.
Блин коровий твоему Хансу. Пошел отсюда.
Он нашел возле яслей мальчишку Педерсенов.
Пошел к черту.
Папа натянул одеяло. Стал пробовать, какой у него вкус во рту.
Мальчишка замерз, как насос. Ханс трет его снегом. Принес его на кух-
ню.
Педерсен?
Нет, па. Мальчишка Педерсенов. Мальчик.
Из яслей украсть нечего.