"Сергей Герасимов. Шаги за спиной (рассказ)" - читать интересную книгу автора

Пожалуй, пора уезжать. Маленький праздник закончился.
Еще полчаса и все. Никто не хотел одеваться, хотя комары настаивали.
Хотелось еще потянуть время.
Трое чужих отошли от костра. Валерий сразу поймал их взглядом и вел без
большого удовольствия. Впереди шел мальчишка в белых штанах и белой майке,
очень молодой и очень пьяный. Все трое подошли, остановились, постояли и, не
говоря ни слова, пошли назад. Пашка привстал.
- Не обращай внимания, - сказал Валерий, - просто напились, со всеми
бывает. Ты их знаешь?
Пашка не ответил.
Прошло еще минут пять. Теперь шел только один - тот, в белых штанах. Он
обошел вокруг костра и снова ничего не сказал. Он только пялился на девочек.
- Ну? - сказала Юлька, - че надо?
Остальные промолчали.
Пашка привстал снова.
- Не обращай внимания, - сказал Валерий, - пусть уходит.
Мальчик в белых штанах ушел.
Гена начал говорить что-то насчет хамства, и заметно было, что он любит
поговорить.
Пашка встал и направился в сторону чужого костра. Он был почти трезв и,
похоже, шел с самыми вежливыми намерениями.
Впрочем, кто его знает, он всегда заводился неожиданно.
Он быстро вернулся, и его лицо было злым.
- Ну все, - точно заметила Юлька, - пора уходить.
Она поднялась и начала натягивать полосатую юбку. Под юбку надела
брючки; они ей совсем не шли - цветом и формой напоминали двух дождевых
червей.
Мальчик в белых штанах пришел в третий раз. Опять ни слова не говоря,
он стал у костра (а костер уже из прозрачного стал плотным оранжевым
светом - скоро ночь), расстегнул пуговицу и стал мочиться в огонь. Девушки
его ничуть не смущали. Закончив процедуру, он заявил:
- Я тут главный. Я тут живу.
Его язык заплетался.
Пока все приходили в себя, подошел еще один, постарше и повыше ростом.
Похоже, он был еще не пьян. Его глаза смотрели внимательно, с тем
выражением, с которым смотрят на знакомых.
- Ребята, вы его извините, - сказал он. - Но у него сегодня день
рождения. Восемнадцать лет. Я его сейчас заберу, вы не обижайтесь. Человеку
осенью в армию.
Последнее лето на свободе.
Пашка пробормотал вроде "защита и оборона" и получил еще один
внимательный взгляд, лично для себя.
Белоштанного потянули за руку, но он вырвался.
Пашка снова встал.
- А я тебя, - кричал именинник, - а тебя я порежу, вот тебя, с усами! -
он вытащил из кармана нож.
Нож был обычный, перочинный, совсем маленький. Лезвие входило в
металлическую ручку. Таким даже карандаш нормально не заточишь. Именинник
довольно долго вынимал лезвие, потом зажал нож в кулаке и стал размахивать
им направо-налево, широкой дугой. Было видно, что он едва держится на ногах