"Юрий Глазков. Мудрый" - читать интересную книгу автора

бородатыми повелителями.
- Сколько стрелков учинили стрельбу единовременную, где ты их
попрятал, иль какое мудреное свойство имеет твое оружие, для нас не
приметное? - строго спросил князь.
- Один всего и был стрелок-то, я только и стрелял, княже, - еще
ниже сгибая спину, ответил мастер.
- Как один? - подпрыгнул князь. - Врешь, покажи.
Устройство было нехитрым, пучок стрел сразу вырывался из
пустотелого кедрача и веером рассыпался в воздухе. Одни стрелы летели
дальше, другие - ближе. Большую площадь утыкали стрелы.
Князь уже видел мчавшихся степняков, храпящих, оскаленных коней;
конница мчалась, как черный саван смерти, и летящий им навстречу рой
убийственных стрел, выпущенных из нового оружия. Степняки слетали с
коней с пронзенной грудью и, как вороны на вспаханном поле, вертелись
на красной земле.
Князь был доволен и горд своим умельцем.
Бросив золотой мастеру, князь задумчиво двинулся к себе в избу.
- Что скажешь, святая церковь? - обратился он к отцу духовному.
- Страшное оружие, сотни сразу убиенных. Ты прогонишь степных
разбойников, завоюешь все вокруг, но оружие богопротивное, один на
один борьба нам, славянам, милее и честнее - вот мой сказ, государь.
Князь шел, взвешивая виденное и обдумывая услышанное. Воевода
встречал их у порога.
- За ночь помост сбей, плаху поставь, разбойников рубить будем, -
сказал князь. Духовный отец перекрестился.
- И то дело, пусть люди видят беспомощность врага, кровь его,
страх, а то болтают злые языки о силе и непобедимости степняков, язык
бы им вырвать.
Всю ночь князь ворочался, кряхтел, сны его мучили... сотни
убиенных людей, и степняков и могутов, вдовы плачут, дети мрут.
Утром учинили скорую казнь. Разбойничьи головы катились с
открытыми, полными ненависти и дикой злобы глазами.
Сделав свое дело, палач подошел к князю и склонился перед ним,
ожидая поощрения или строгого слова.
Князь думал, потом резко встал и выкрикнул:
- И его, живо!
Перст с золотым кольцом и блестящим бриллиантом, словно луч,
уперся в грудь мастеру. Голова мастера скатилась к головам
разбойничьим, в глазах были слезы и удивление.
Духовный отец был изумлен, но не вступился за мастера, время было
военное, спорить с князем было опасно. Народ в страхе разбежался.
Шепот полз от избы к избе: князь-де ума лишился, мастера лучшего,
умнейшего обезглавил.
Духовный отец заперся в келье и взывал к богу. Монахи стояли
смиренно, дожидаясь решения. Дверь отворилась. Духовный отец крикнул
монахам:
- Летописца ко мне, скоро.
Летописец прибежал, бухнулся на колени, целуя рясу.
- Чем кончил ты последние слова книги нашей истории? - спросил
духовный отец.