"Юрий Глазков. Безумцы на орбите (Фантастический рассказ)" - читать интересную книгу автора

вырвалось на свободу и огромная, поистине дьявольская сила понесла в
космос то, что должно было отнять у людей Земли спокойствие и сон,
уверенность в жизни, в завтрашнем дне, отнять у людей счастье жизни на
красивой и уютной планете. Стальная громадина, ревя и изрыгая пламя,
скрылась в черных, ночных тучах. Начинались трудные дни для землян.
Луна не светила на землю серебром своих лучей, и исчезнувшее в небе
пламя погрузило космодром в непроглядную темень. Мрачная тишина повисла
над космодромом, одна за другой скрылись за колючей проволокой машины
жабьего цвета, унося в мягких креслах ум и гордость Армии - ее генералов
из объединенного Космического командования. Телефоны в машинах молчали -
инструкция запрещала любые переговоры, даже с домом. Машины веером
рассыпались по дорогам - каждая в "свою конюшню", как шутили шоферы.
А корабль летел уже на орбите, летел молча, космонавты не выходили в
эфир. Да и внешне он был похож на обыкновенный тяжелый спутник, на любом
радаре Земли отметки сигналов от него не несли ничего особенного - спутник
и спутник, только больших размеров. Это была идея морского
представительства, древнего старика адмирала, помнившего еще уловки на
море: плывет себе сухогруз, да и только, а под декоративными щитами -
стальные листы, броня, орудия, торпеды, зенитки. Не раз срабатывала эта
ловушка, и на дно тихо опускались танкеры, транспорты, боевые корабли и
подводные лодки, всплывшие за легкой добычей. Море оглашалось криками о
помощи и проклятьями войне и ее зачинщикам. Крики обрывались в хищных
пастях акул, в огне горящей нефти или просто наступившем бессилии и
покорности судьбе. Крики стихали, и океан замирал до следующей трагедии.
По замыслам нынешних стратегов, такая тактика могла пригодиться и в
космосе, в огромном безвоздушном океане. Космический корабль принимал свои
истинные очертания лишь перед посадкой, сбрасывая в космос свою шкуру
хамелеона. "Улыбка Иуды" - так мрачно прозвали корабль, взлетевший в
космос.
Компьютеры делали свое дело, экипаж осваивался в невесомости, на это
отводилось время в жестком графике полета.
- Наконец-то, - первым нарушил молчание командир экипажа, -
наконец-то за моей спиной ни одного ученого, которые с умным видом везут в
космос ящики с мухами, крысами, какими-то дурацкими приборами и еще более
дурацкой требухой. Правильно говорит шеф: "Только рыло делают, да и
только", - умники, а толку чуть. Какие-то ненормальные, помню, у одного
такого дока крыса вылезла из гнездышка и полетела, вращая хвостом, как
пропеллером, и прямо докторше на грудь, а докторша из этого же ученого
племени, бряк в обморок; она, видите ли, крыс боялась. Вот потеха была,
согнулась крючком и летит, кувыркаясь, прямо на другого умника, он к
телескопу прилип и чего-то там обнаружил. Так этот умник тоже в обморок -
он испугался бабы с мышью на груди. Я смотрел на все это и хохотал от
души. И кто, вы думаете, ее спас? Конечно, я, заключив ее в свои армейские
объятия. Она сразу же очухалась, и я схлопотал от нее комариную оплеуху,
видите ли, я не за то ее схватил. Но теперь господь бог сжалился надо
мной. Наконец-то со мной настоящие парни! Это надо же только подумать,
сколько же надо было времени, чтобы сообразить, допереть до того, что
космос сделан прежде всего для нас! Прав наш генерал - отсюда мир можно
держать в страхе, можно заставить многих не спать, а стоять, задрав морду
кверху и молить бога, чтобы такие, как мы, не сбросили на них одну из