"Алексей Глушановский. Улыбка гусара" - читать интересную книгу автора

Алексей Глушановский,

Улыбка гусара

Глава первая,

в которой я просыпаюсь после ОЧЕНЬ долгого сна, и понимаю, что совершенно
ничего не понимаю

Шум... Опять этот шум, словно раскаленной иглой вонзающийся в мою
многострадальную голову. Неужели благородному человеку нельзя спокойно
поспать в собственном доме?
- Тысяча чертей и сотня ангелов вам в глотку. Что такое? Какой гад мне
спать не дает? Прошка, мерзавец! Запорю, вот как бог свят, запорю эту
скотину! - бормоча угрозы нерадивому денщику, я перевернулся на другой бок,
и снова стал проваливаться в благодатный сон.
Нет, Прохор видно сегодня точно не успокоится. Я, конечно,
придерживаюсь либеральных взглядов, даже как-то книжицу мсье Руссо читать
пробовал, - между нами, господа, - ТАКАЯ МУТЬ, - гм... кажется я отвлекся. В
общем, если денщик не уймется, я его точно сегодня на конюшню, за порцией
горячих отправлю, и ни на какой либерализм, и мэтра Руссо не посмотрю!
Потом... Когда проснусь.
Я вновь повернулся, устраиваясь поудобней, и постарался уснуть.
Да что это такое! Он там, похоже, не один надрывается! И слова какие-то
странные, точнее иностранные. Никогда от него ничего подобного не слышал.
Этот бездарь едва-едва по складам читать умеет, да и то пытается забыть сие
с трудом вложенное умение, как совершенно ненужный хлам. Ох... Пить как
охота! И глаза не открываются. С кем же я вчерась так надрался? С Ржевским?
Уж больно симптомы похожи? Да нет, он же вроде как с месяц назад в Мариуполь
уехал... Странно. О, вроде заткнулись. Можно еще подремать...
Благодатная влага льется на дерн, укрывающий старую могилу, с
невероятной, необъяснимой никакими физическими законами скоростью проходит
сквозь землю и стенки давно прогнившего гроба, и целиком, без остатка,
впитывается лежащим там иссохшим телом.
О-о-ох. Я открываю глаза, и память наконец-то возвращается. Что со
мной? Какой Прошка? Он давно умер и черви сожрали его бренное тело! Если
конечно не отравились, бедолаги. Превреднейший был человечишка. Гм... в
таком случае, он, получается, останется нетленным? Еще и за святого принять
могут... Мда... Святой Прохор, насморкоисцеляющий. Вечно от него такое амбре
шло, что никакой насморк не выдерживал.
Однако я опять отвлекся. Увы. Дурная привычка рассуждать о посторонних
вещах, которую я приобрел за время пребывания в могиле. А что вы думаете,
попробуй-ка, полежи, в довольно-таки неуютном гробу, с осиновым колом в
груди, не имея возможности даже пошевелиться.
Что? Как я дошел до такой жизни? Ну, это история длинная. Ах, до
понедельника вы совершенно свободны? Тогда другое дело.
Отец мой, урожденный граф Бельский, попав в опалу при покойном Павле
Первом, отбыл в свое поместье, дав слово более не появляться в столичном
свете.
Там он и оставался вплоть до самой своей кончины, изредка делая выезды