"Адам Голлянек. Любимый с Луны (фантастический рассказ)" - читать интересную книгу автора

АДАМ ГОЛЛЯНЕК

ЛЮБИМЫЙ С ЛУНЫ

Пер. с польского Е. Вайсброта


Честно говоря, мне было интересно, как он живет, но после
долгого отсутствия я не решался вот так сразу зайти к нему
домой.
Поговаривали, будто у него нелады с красавицей женой, в
которую в свое время была влюблена добрая половина города,
не исключая и меня. Для нее, женщины, отличавшейся какой-то
особой красотой, муж был единственным светом в окошке, и,
естественно, она вообще не замечала вьющихся вокруг поклон-
ников.
Мне хотелось поскорее избавиться от наваждения, и, пожа-
луй, именно неоправдавшиеся надежды послужили основной при-
чиной моих долгих заграничных вояжей.
Меня всегда удивляло отношение Петра к женщине, которая
едва ли не боготворила его.
Он приучил ее все дни проводить в одиночестве дома и
только дома. А те немногие часы, когда они находились вмес-
те, он в основном молчал. Однажды я не выдержал и спросил, в
чем дело, почему, когда она рядом, он вообще не замечает ее.
- Она тебя не устраивает?
- Без нее я не мог бы жить, - ответил он.
И тогда я понял, что она такая же неотъемлемая часть его
бытия, как сердце, почки, легкие, мозг; она - это он. А за-
мечаем ли мы эти наши составляющие, пока они не дадут о себе
знать.
Когда я возвратился, то почувствовал, что меня, как и
прежде, влечет к ней. До меня дошли туманные слухи о их раз-
ладе, поэтому я решил встретиться только с ним. Увидеть ее у
меня пока не хватало духу.
Я зашел к нему в его огромную лазерную лабораторию, о ко-
торой рассказывали чудеса.
Хотя он знал о моем визите, мне пришлось немного подож-
дать. В кабинете, где я сидел, одну стену сплошь покрывали
многочисленные экраны. Прямо как в киностудии. Напротив сто-
ял старомодный коричневый письменный стол и, как часто при-
нято у ученых, висело несколько фотографий, тоже старомод-
ных, - память о каких-то международных симпозиумах. На каж-
дой можно было отыскать худощавое лицо Петра, которое неза-
висимо от даты (а каждый снимок был датирован) выделялось
благодаря неизменному ежику волос и черным, на английский
манер, усам.
Он вошел несколько смущенный и сердечно обнял меня.
- Пройдем в соседний зал. Я тебе кое-что покажу.
Он держался так, словно мы расстались только вчера.