"Джон Голсуорси. Толпа (Драма в четырех действиях) " - читать интересную книгу автора

Между первым и вторым действиями проходит несколько дней. Между вторым и
третьим действиями - три месяца. Первая и вторая картины третьего действия
происходят немедленно одна за другой. Между третьим и четвертым действиями
проходит несколько часов. Между четвертым действием и заключительной
картиной проходит неопределенный промежуток времени.


ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Июльский вечер. Половина десятого. Столовая, освещенная канделябрами,
отделанная ярко-синими обоями и убранная коврами и портьерами того же цвета.
Высокие стеклянные двери между колоннами открыты; они выходят на широкую
террасу, за которой видны во тьме силуэты деревьев, а вдали - очертания
освещенных домов. С одной стороны "фонарь" (глубокий выступ комнаты или ниша
с окном), наполовину прикрытый задернутыми портьерами. Напротив него дверь,
ведущая в переднюю. За овальным палисандровым столом, уставленным серебром,
цветами, фруктами и бутылками вина, сидят шесть человек. Они только что
кончили обедать. Спиной к "фонарю" сидит Стивен Мор, хозяин дома, человек
лет сорока; у него приятное лицо, обаятельная улыбка и глаза мечтателя.
Справа от него - сэр Джон Джулиан, старый солдат; у него загорелое лицо с
тонкими чертами и седые усы. Справа от сэра Джона его брат, настоятель
Стауэрского собора, высокий, смуглый священник аскетического вида; далее -
справа - Кэтрин; она наклонилась вперед и положила локти на стол; подперев
подбородок ладонями, она пристально смотрит через стол на своего мужа;
справа от нее сидит Эдуард Meндип, бледный человек лет сорока пяти, почти
совсем лысый, у него красивый лоб и на резко очерченных губах играет широкая
улыбка, так что видны его зубы; между ним и Мором - Элен Джулиан,
хорошенькая темноволосая молодая женщина, погруженная в собственные мысли.
Когда поднимается занавес, слышны голоса людей, горячо спорящих между собою.

Настоятель. Я с тобой не согласен, Стивен, абсолютно и полностью не
согласен.
Мор. Ну что ж, я тут ничего не могу поделать.
Мендип. Вспомни одну из недавних войн, Стивен! Разве твои рыцарские
взгляды принесли тогда какую-нибудь пользу? И то, на что смотрели сквозь
пальцы, когда ты был молодым и мало кому известным членом парламента, на
заместителя министра может навлечь анафему. Ты не вправе себе это
позволить...
Mор. Я не вправе позволить себе следовать призыву совести? Вот это
новость, Мендип.
Мендип. Даже самые высокие идеалы могут быть неуместными, мой друг.
Настоятель. Правительство имеет здесь дело с диким народом, не
признающим никаких законов, и я думаю, что питать к нему сочувствие или
жалость нет никакого смысла.
Мор. Их тоже сотворил господь, настоятель.
Мендип. В этом я сомневаюсь.
Настоятель. Они оказались вероломными. Мы имеем право покарать их.
Мор. Если я подойду и ударю беспомощного человека, а он в ответ на это
ударит меня, разве я имею право карать его?
Сэр Джон. Не мы явились зачинщиками.