"Геннадий Гор. Минотавр" - читать интересную книгу автора

- Мне всегда хочется невозможного, того, чего нельзя хотеть. Например,
мне хотелось бы, чтобы кто-нибудь хотя бы на час вернул мне детство.
Почему, зачем я это сказал? Это была непроизвольная, хотя и
неделикатная шутка, и я пожалел о ней. Но он спросил так же тихо и грустно:
- Откуда вам известно, что мне доступно и невозможное?
Признаться, я принял это за шутливую оговорку, за проявление
своеобразного юмора, тонкость которого я сумел оценить не сразу.
- Попытаюсь помочь вам, - сказал он. - Иногда это у меня получается.
Если разрешите, я вам позвоню.
- Но вы же не знаете ни моего имени, ни номера телефона.
- Благодарю, - ответил он и пристально посмотрел на меня. - Теперь уже
знаю.
Он улыбнулся, как улыбались, наверное, в эпоху дагерротипов. Соединил
своей улыбкой два века и вышел.
Вышел? Нет, скорее исчез в никуда, словно за дверями электрички была не
станция Парголово, а созвездие Лиры. Прошло недели две или три, и я уже
почти забыл об этом странном разговоре, но обстоятельства напомнили мне о
нем. На столе зазвенел телефон. Я снял трубку и крикнул:
- Слушаю!
Приятный вежливый голос произнес:
- Извините за беспокойство. С вами говорит Диккенс.
- Какой Диккенс?
- Мы с вами встречались в пригородной электричке.
- Разве вы Диккенс?
- Я на него похож.
- Родство или только случайное сходство?
- Не то и не другое. Но сейчас нет времени объяснять. Настоящее имя я
скажу позже. А пока называйте Диккенсом.
- Как-то, знаете, неловко. Классик.
- Ничего. Ничего. Это только для удобства. На первое время. А потом...
- Кто же вы такой на самом деле?
- Фауст, если вас устраивает.
- Исполнитель роли в опере Гуно?
- Как вам сказать? В мою роль входит слишком много и мало. Продаю
книги, лотерейные билеты, а в свободные часы пытаюсь связать два мира, мой и
ваш.
- Два мира? Не понимаю. Вы шутите?
- Сейчас некогда шутить. К делу. Хотите увидеть свое детство?
- Хочу.
- Тогда поскорее включите телевизор.


2

Я включил телевизор с опозданием всего на несколько минут. Но я сразу
узнал гору своего детства, прилегшую под моим окном, гору, похожую на
большого усталого зверя.
Я увидел и себя в кругу тех, кого унесло с собой неумолимое время:
дедушка, бабушка, мать.
Они были тут, на экране телевизора, тут, всего в двух шагах от меня и