"Василий Семенович Гроссман. Лось" - читать интересную книгу автора

Василий Семенович Гроссман.

Лось


----------------------------------------------------------------------------
Date: июнь 2002
Изд: Гроссман В.С. Несколько печальных дней, М., "Современник", 1989
OCR: Адаменко Виталий ([email protected])
----------------------------------------------------------------------------


Лось


Александра Андреевна, уходя на работу, ставила на стул, покрытый
салфеточкой, стакан молока, блюдце с белым сухариком и целовала Дмитрия
Петровича в теплый, впалый висок.
Вечером, подходя к дому, она представляла себе, как томится и одиночестве
больной. Завидя ее, он приподнимался, пустые глаза его оживали.
Однажды он скачал ей:
- Сколько ты встречаешь людей в метро, на работе, а я, кроме этой
траченной молью головы, ничего не вижу.
И он указал бледным пальцем на бурую лосиную голову, висевшую на стене.
Сослуживцы жалели Александру Андреевну, зная, что муж ее тяжело болеет и
она ночами дежурит около него.
- Вы, Александра Андреевна, настоящая мученица, - говорили ей.
Она отвечала:
- Что вы, мне это совсем не трудно, наоборот...
Но двадцатичасовая служебная и домашняя нагрузка была непосильна для
пожилой, болезненной женщины, и от постоянного недосыпания у нее поднялось
давление, начались головные боли.
Александра Андреевна скрывала от мужа свое нездоровье; но иногда, идя по
комнате, она внезапно останавливалась, словно стараясь о чем-то вспомнить,
приложив ладони к нижней половине лба и к глазам.
- Саша, отдохни, пожалей себя, - говорил он. Но эти просьбы огорчали и
даже сердили ее. Приходя на службу в фондовый отдел Центральной библиотеки,
она забывала о тяжелой ночи, и светленькая Зоя, недавно окончившая институт
и стажировавшаяся в отделе фондов, говорила:
- Вы присядьте, ведь у вас ноги отекают.
- Я не жалуюсь, - улыбаясь, отвечала Александра Андреевна.
Дома она рассказывала мужу о рукописях и документах, которые разбирала на
работе, - она любила эпоху семидесятых - восьмидесятых годов, ей казались
драгоценными любые мелочи, касавшиеся не только Осинского, Ковальского,
Халтурина, Желвакова, Желябова, Перовской, Кибальчича, но и десятков забытых
революционеров, находившихся на близких и далеких орбитах чайковцев,
ишутинцев, "Черного передела" и "Народной воли".
Дмитрий Петрович не разделял увлечения жены. Он объяснял это увлечение
тем, что она происходила из революционной семьи. Семейный альбом был
заполнен фотографиями стриженых девушек со строгими лицами, в платьях с