"Александр Хабаров. Случай из жизни государства (Эксперт)" - читать интересную книгу автора

воры, нам красть нечего и некогда, у нас крест на груди, а за спиной -
население, мужики-горемыки. Уркам своим скажи: тех, кто жизнь понял, не
гоняйте ногами и палками, проку нет. Если укроп с ботаником повязаны зоной
- кто они есть? Пассажиры, перекати-поле. Так и колхознички дорогие,
мешконосы и капустники - что им зона? Эпизод их чудной жизни. Пусть сами
себе думают, тянут срок по желанию. Петушиную озабоченность пресекай, брат,
это дело паскудное: сегодня он с тылу, а завтра ему в тыл. А ежели кто
говорит, что все ему по хрену, то, верняк, опасен. Такого учить надо.
Сегодня он перед мусором гоношится, мочит козлотню и даже в БУРах как свой
брат чалится, а завтра метнется в другую сторону - ему ж по хрену все,
скотинушке рогатой. Это, брат вредный, беспределом называется. Знаю, что ты
молод, бродяга, но цепок и слухом не обделен, как некоторые, уважишь меня,
старика, исполнишь заветы. Что там дальше будет - тоже ведаю. Настанут
времена тяжкие, хуже посленэпщины, дело к тому идет - видал, как бояре наши
расхапужничались? А это беда. Власть властвует, вор ворует, крадун крадет,
а мент ментует. Всякой масти свой закон. А когда каждому всего понемножку -
прощай, родина, начинается время голимого фрайера. А то и козла, прости,
Господи... Не веришь - прими за сказку.
Блага всем и мира.
Похороныч, седой и старый, но не волк."
Так он все малявы подписывал.
Это письмо Вредитель показал Лешику Чиканутому, как признанному
грамотею. Лешик читал серьезно, вдумчиво. "Не Похороныч, а протопоп
Аввакум", - сказал он по прочтении. - "И ни одной ошибки... Он, не знаешь,
учился - где?" "Ты чё, пацан?!" - засмеялся Сергей Петрович. - "Похороныч с
шести лет, с беспризорных еще... Даже октябренком не был, не то, что мы,
греховодники-пионеры...".
Похороныч умер - он сам бы сказал: почил в Бозе - два года назад.
Хоронили его все, и враги и соратники: в гроб легла эпоха, Похороныч
олицетворял её правомерней, чем многие из тех, о ком вещали некрологи в
газетах: "Память о нем вечно будет жива в наших сердцах". Забывали завтра
же... А то и начинали обсерать бессовестным образом.
Похороныч, как оказалось, финансировал строительство православного
монастыря в Нечерноземье и был там же, в ограде монастыря и предан земле -
как грешный, но щедрый жертвователь. Братки-монахи теперь всякий день тихо
молились за упокой его души. Газеты, наборот, этот факт громко раздували -
казалось, вот-вот самого Господа Бога помянут как связанного с
оргпреступностью.
Шелковников щелкнул "мышкой" по значку "Интернета" на экране, набрал
пароль. Подключившись, прошелся по новостям: ничего заслуживающего внимания
не было: президент, коррупция, доллар, газ, нефть, три войны сразу, СПИД.
Чья-то жопа в углу экрана предлагала "щелкнуть по ней мышкой", обещая
взамен большую виртуальную любовь...
Вредитель, чуть подумав, открыл мэйлер, набрал сообщение: "Братан,
обнимаю как родного, ждем всем миром - С. П." - и отправил его в тюрьму
Рэд-Билли-Хаус, Витяну Корейцу, тоже любимчику покойного Похороныча. Кореец
сидел в Штатах уже пятый год, через три месяца откидывался по звонку. Он
навел там шороху - пока премьер-министр страны по телефону вежливо
беседовал с дегенеративными чуранцами, захватившими дурдом в Котовске, вор
в законе Кореец, после суда, когда выводили из зала заседаний, разбил ногой