"Михаил Харитонов. Юбер алеес" - читать интересную книгу автора

МИХАИЛ ХАРИТОНОВ

ЮБЕР АЛЛЕС

Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет.
Из письма новгородцев Рюрику


Российская Федерация, Ленинградская область, г. Тоцк.
15 июня.

На работу Петров перестал ходить, когда подорожал автобус. Месяца
через полтора ему позвонили из какой-то "ликвидационной комиссии" и
посоветовали забрать с завода свою трудовую книжку. Он подумал и решил, что
как-нибудь успеется. Потом он встретил на улице Пал-Егорыча, и узнал, что
заводику действительно настали кранты.
- Ёрш твою медь, - орал Егорыч, размахивая руками перед сашиным
носом, - дирекция, она, блин, етыть её в рот, ноги сделала, мы все
приходим, а там хрен вот такущий! Всё просрали, пропердолили, и ноги! Мы
тыр-пыр, а куда? Куда теперь? Ну вот ты мне скажи, куда? Куда теперь, ну?
Ну пошли, что-ли...
Они пошли к ларьку, закупились, и хорошо выжрали в скверике "осколки"
(дешёвой водки, изготовляемой в близлежащем Осколово из спирта неизвестного
происхождения) и слегонца побухтели за жизнь. А когда Саша наконец притопал
домой, то нашёл пустую квартиру, и Люськину записочку на кухне - "тебя не
было, мне позвонили из дома, я к своим в Питер на три дня". Она сварила ему
большую кастрюлю борща, и взяла с собой все деньги, которые были в доме.
Через два месяца Люська отправила ему из Питера весточку в конвертике.
Она писала, что у неё всё хорошо, в Питере есть работа, и чтобы он на её
счёт не беспокоился. Кроме того, туда была вложена бумажка достоинством в
полста зелёных. Подписи не было. Письмо передал ему Чижов, ездивший Питер
по каким-то своим бизнесовым делам. Бизнес у него не клеился. Через
некоторое время он стал названивать, и настырно врать про какое-то горящее
крупное дело, на которое ему не хватает какой-то малости, всего на две
недели, вернет с процентами. Петров понял, что на Чиже висят долги, и
посоветовал ему пересидеть в Хопрово, где у Чижа был свой домишко с шестью
сотками. Чиж помолчал, после чего убитым голосом сообщил, что в Хопрово ему
ехать уже нельзя. Через пару дней он позвонил ещё раз, откуда-то издалека:
разобрать было почти ничего невозможно, кроме того, что звонит Чижов и о
чём-то его предупреждает. Саша понял так, что прогоревший Чиж от отчаяния
взялся за какое-то совсем уж непотребное дело - из таких, о которых лучше
уж ничего не знать. Поэтому он просто повесил трубку. Больше Чиж не
проявлялся.
По телевизору говорили, что стагнация (Саша не могу взять в толк, за
каким хреном каждому очередному бардаку и развалу начальники придумывают
новое красивое название) вот-вот кончится, и что правительство намерено и
дальше вести жёсткую монетарную политику, чтобы не допустить падения курса
национальной валюты. С национальной валютной у Саши было плохо. Зелёная
бумажка, которой Люська расплатилась с ним за восемь лет совместной жизни,
кончилась за неделю. В понедельник Саша наскрёб по карманам железа и пошёл