"Борис Хазанов. Полное собрание сочинений Тучина (Рассказы)" - читать интересную книгу автора

БОРИС ХАЗАНОВ

Полное собрание сочинений Тучина

Рассказы


Если вам сорок с чем-то и вас покинул муж, едва ли вам будет приятно
посвящать посторонних в свои невзгоды. Мое намерение посетить дом на окраине
города, в унылом районе под названием
Новый Перлах, не вызвало восторга. Я позвонил, дверь неохотно
отворилась, я назвал себя.Это была так называемая социальная квартира,-
слово "социальный" говорит само за себя. Тусклая прихожая, мебель,
приобретенная на складе благотворительного общества Caritas, запах вчерашней
еды, отверженности, одиночества и гордыни. Старая и облысевшая женщина
сидела, вцепившись в ручки кресла, перед телевизором. Меня провели в
соседнюю комнату."Это ваша мать?""Свекровь,- сказала хозяйка. И добавила: -
Альцгеймер"."Простите?""По-русски - слабоумие".Мы обменялись двумя-тремя
фразами. Я прихлебывал кофе и разглядывал фотографии. Часть из них была
сделана еще "там".Я спросил:"Давно вы уехали?""Скоро пятнадцать лет".Она,
конечно, сильно изменилась. Что касается Тучина, то на всех снимках он
выглядел одинаково. Человек без возраста; малорослый, лысоватый, тщедушный,
с непропорционально большой головой. Глаза?
Затрудняюсь сказать, что они выражали. Глаза устремлены в пространство
или, что то же самое, внутрь себя. Взгляд человека, погруженного в
собственный мир, где он созерцает пустоту.
Впрочем, все это были мои фантазии. А кстати, спросил я, сколько лет
было ее мужу, когда они решили... когда их заставили?.."Никто нас не
заставлял,- сказала она надменно. Костя не имел к политике никакого
отношения. Вообще все это его не интересовало"."Что не интересовало?""Да все
это диссидентство. У него и друзей-то не было"."Но он ведь, кажется, прежде
чем выехать, печатался за границей?"Она пожала плечами.
Что-то такое, в одном журнале. "А в Москве, в самиздате?" Что-то ходило
по рукам; откуда ей знать? "Почему вас это интересует?" - спросила она."Я
уже говорил вам. Я собираю материалы для..."Она усмехнулась."Вспомнили.
Небось, пока он был тут, ни одна душа не поинтересовалась"."Вы правы,-
сказал я.- Так было и со старой эмиграцией: спохватились, когда никого уже
не осталось в живых.
Поэтому я и решил, пока еще...""Пока я жива? Я-то тут при чем?""Он был
старше вас?""Да что вы все говорите о нем как о мертвом!"Я извинился.
Помолчали, потом она проговорила:"Он думал: вот приедем на Запад, начнут его
печатать. На руках будут носить... Кабы не он, никуда бы я не поехала".На
этом, собственно, разговор закончился; выходя из дома, я думал о том, что
задавал ей совсем не те вопросы, которые надо было задавать.
Ничего нового я не узнал. Тучин был не единственным, кто надеялся за
границей добиться успеха. Кто из нас не воображал, что везет с собой нечто
исключительное, небывалое, может быть, гениальное? А тут еще предложение,
сделанное через туристов, каких-то гостей или эмиссаров,- стать редактором
русского журнала, о котором он ничего не знал, кроме того, что там однажды
появились его рассказы. Тучин прибыл с женой и матерью, не удостоившись