"Вирджиния Хенли. Покоренные страстью " - читать интересную книгу автора

вспыхнула, вспомнив, что с ней случилось при виде Мясника Ботвика,
волосатого гиганта, хозяина "пыточной" камеры. Она просто упала в обморок.
Когда Огонек выросла, то поняла, что Ботвик - всего лишь врач, хирург в
замке и что он лечит раны, вскрывает фурункулы и вырывает больные зубы у
всего семейства Кеннеди. Именно зубная боль привела сейчас сюда Тину.
Девушке еще никогда не удаляли зубы, она даже не видела, как это делается,
но догадывалась, что будет много страданий и крови.
- Заходи, я ждал тебя. - Великан говорил с сильным шотландским
акцентом. Он поигрывал мускулами, гордясь тем, что может продемонстрировать
свое мастерство. Тина буквально оцепенела от ужаса, но жившая в ее душе
гордость предков-шотландцев позволила бы Огоньку скорее умереть, чем
показать свой страх.
- У меня все готово, - Ботвик взялся за кошмарные щипцы, слишком
огромные, на взгляд Тины. Она приросла к месту и чуть-чуть успокоилась после
ободряющих слов Ботвина: - Я же не чудовище, я не сделаю тебе больно!
Дернув плечиком, девушка шагнула вперед. Гигант наклонился над ней так
низко, что она почувствовала запах виски. Его бицепсы вздулись (Тина
понимала: о сопротивлении и думать нечего), пальцы прикоснулись к ее рту, и
Ботвик прохрипел:
- Открывай рот, будь хорошей девочкой.
Инстинкт самосохранения заставлял ее уклоняться от рук врача, но тот
неотвратимо придвигался все ближе. Наконец, не в силах больше выносить
грубое прикосновение, девушка вырвалась и отпрыгнула. Теперь их разделяла
кушетка.
- Приляг на минутку, и все закончится, - настаивал Ботвик, однако Тина
понимала, что тогда будет полностью в его власти.

***

Тина вспомнила реакцию семьи, когда она пожаловалась на зубную боль. Во
взгляде младшей сестры Бесс она прочитала благодарность судьбе за то, что
этот ужас приключился не с ней. Братья, деревенщина неотесанная, бурно
веселились, узнав, что наконец-то не повезло и их красотке.
- Да я же почти не жаловалась! Это нечестно! - кричала Тина, а они
хохотали еще громче, подмигивая друг другу.
- А кто сказал, что в жизни все должно быть честно?
Но больше всех она винила отца. Он приказывал, и никто не смел
ослушаться. Робкая мать Тины даже побледнела, когда Роб Кеннеди, лорд
Гэллоуэй, произнес:
- Она отправится к Ботвику!
- К Мяснику Ботвику? Ой, Роб, может, не надо?
- Ты слышала меня, женщина! И никакого нытья! - Он свирепо обвел
глазами комнату. - Кто здесь еще посмеет советовать мне, чти лучше для моей
семьи?

***

У Валентины перехватило горло, частое дыхание вздымало ее прекрасную
грудь. Гигант перепрыгнул через кушетку и мощной рукой сжал ее плечи.
Девушка закрыла глаза, чувствуя спиной каменный холод стены, и поняла: